— Да, пожалуй, — согласился Иеро. — Если это сигнал…

Он приложил к красному пятну на пальце розовый камень пластинки, перевернув стекло самоцветами вниз. Ничего не произошло. Тогда Иеро начал прикладывать к уколотому пальцу все камни по очереди. Когда он приложил таким образом второй рубин, его вдруг так дернуло, что Иеро выронил стекло.

— Ого! — вскрикнул священник. — Да оно дерется!

И тут же он умолк, забыв закрыть рот.

Овальный мяч, лежавший в центре круга, образованного сидящими беглецами, внезапно лопнул, как лопается бутон цветка, — и среди лоскутов темной резины все увидели еще одну темную стеклянную пластинку, но не прямоугольную, а круглую. В нее были вплавлены точно такие же самоцветы.

— Вот он, ключ! — воскликнул брат Лэльдо.

— Ага, теперь осталось отыскать скважину, — пробурчал медведь. — И вообще я ничего уже не понимаю. Зачем эти стекла вас покусали? Что, нельзя было без глупостей обойтись?

— Слушай, не пытайся разобраться в том, что придумали тысячи лет назад существа, родившиеся в несусветной дали от Земли! — фыркнула на него иир’ова. — Принимай все как есть, и будь доволен, что у нас хоть что-то получается.

— А мне все-таки кажется, что они были немножко свихнутые, — сказал Клоц. — Или даже не немножко, а очень сильно.

— Да уж, нормальные не стали бы ставить опыты на живых существах, — сердито сказал эливенер, наклоняясь вперед и вынимая круглую пластинку из останков мяча. — Пошли ко входу в пещеру. Собирайте вещи. Я почти уверен, что теперь мы проникнем внутрь. Го, ты как считаешь?

Го считал так же. Все остальные в общем тоже думали, что теперь дело пойдет легче. Но как именно — никто, конечно, не представлял. Да и надоело беглецам разгадывать дурацкие загадки пришельцев. Они уже готовы были просто взорвать вход в пещеру — благо гранаты у них еще оставались. И все жалели о том, что у них больше нет бластера. Разнести бы весь этот холм к чертовой бабушке!

* * *

…Дойдя до расчищенного от камней участка склона холма, беглецы решили действовать по наитию. Брат Лэльдо положил круглую стеклянную пластинку, добытую из мяча, на упругую поверхность площадки, а сам отошел в сторону. Потом начались эксперименты с тремя прямоугольными пластинками. Беглецы вертели их и так, и эдак, прислушиваясь к своим ощущениям, но, похоже, их усилия были совершенно напрасными. Монстр Го тоже ставил опыты, на свой лад: он то поворачивал круглую пластинку, то усаживался возле нее и сверлил самоцветы взглядом, то принимался с потерянным видом бродить по склону вверх-вниз… Лорс и медведь оставались в роли наблюдателей, но, по совету монстра Го, устроились на расчищенной площадке, не делая ни шагу за ее пределы.