— Чемпион, что заставит плакать кровью? — задумчиво повторил Сареф, — и ты решил, что речь идёт обо мне?

— Да, — кивнул Махиас, — после того, как я в 20 лет завершил обучение, получил от Системы последний Возрастной талант и оказался предоставлен собственной судьбе… Ну, первые несколько лет было, конечно, здорово. Надо отдать должное: клан Айон не скупится на образование, и я был очень, очень хорошим наёмником. Гильдия ходоков всегда была счастлива дать мне группу новичков, которых надо было подтянуть до приемлемого уровня, и всегда щедро оплачивала мои услуги. Да и вообще, в любые походы для меня всегда находилось место. Некоторые часто посмеивались над моим оружием. Не удивлюсь, — он с испытующей улыбкой посмотрел на Сарефа, — если и тебе оно в первые минуты показалось смешным.

— Нисколько, — абсолютно серьёзно ответил Сареф, — как бы я ни относился к членам вашего клана, в одном отдаю вам должное: вы очень быстро отучиваете врагов недооценивать вас.

— Но потом резко меняли своё мнение. Думаю, ты понимаешь, что отбрасывающий во времени заряд — это не только для врагов, но и для союзников. Хотя, к сожалению, не для самого себя. Ну а потом… А потом как-то так получилось, что всё это начало приедаться. У меня такой статус, — Махиас пожал плечами, — Состязания мне не светят, по словам Ильмарриона, туда подбирают Чемпиона, чтобы он “поддерживал баланс”. Карьера внутри клана Айон — тоже, лояльный исполнитель — это вершина карьеры, на которую может рассчитывать такой, как я. И то — лет через 30, в самом лучшем случае. И как-то так получилось, что я сейчас банально не знаю, что мне делать со своей жизнью. И только это пророчество, которое я услышал 18 лет назад, заставляло меня продолжать искать. И, вероятно, Система смилостивилась надо мной, потому что мои поиски, наконец, окончены. Если, конечно, ты мне это позволишь, Сареф.

Он замолчал и чуть кивнул, показывая, что разговор окончен, и решение теперь за ним. Это, конечно, приятно польстило его самолюбию, но всё же Сареф сдержался от поспешного решения. Лина один раз и на всю жизнь научила его, что в своё окружение новых людей нужно допускать очень внимательно, и очень осторожно.

— Я бы хотел посоветоваться со своими друзьями, — ответил он, — так что ответ на твою просьбу я дам позже, если не возражаешь.

— Разумеется, — кивнул Махиас, поднимаясь на ноги, — с твоей точки зрения принять в группу такого, как я — это очень рискованное решение. Так что весьма мудро будет посоветоваться с теми, кому ты доверяешь. Мне спешить совершенно некуда. Я могу подождать хоть до завтра.