В общем, я окончательно пришёл к выводу, что мне надо встретиться с Иринэ, поэтому начать решил с её кузена. Только искать его не пришлось. Мы ещё завтракать не закончили и только думали, кого бы расспросить насчёт длинноухих, а он сам появился в столовой, наделав немало шума. Нужно было видеть, как люди его встречают, как спешат уступить место или просто сказать пару приветственных слов. Он же быстро осмотрелся и почти моментально нашёл нас взглядом. Учитывая внешность Зои, это было нетрудно. Подошёл, сказал что-то на светлом языке.

— Привет, — сказал я на тёмном, показал на свободный стул. — Садись, позавтракай с нами.

Он дёрнул глазом, вокруг которого расплылся синяк, уже потихоньку исчезающий. Здоровья у них много, судя по всему. Порывшись за пазухой, парень вытащил небольшой пухлый конверт, протянул мне.

— Сестра передала, — сказал он на тёмном языке.

Не прощаясь, он развернулся и направился к выходу, игнорируя внимание людей.

— Эффектно появился, — шепнул я Зои. — Специально ведь. Даже знаю, как он нас тут нашёл.

Когда мы только вошли в столовую, нас караулил парень лет двадцати. Меня он не узнал, но увидев Зои — обрадовался и умчался к главной лестнице на верхние этажи. Да уж, тяжело быть обладателем настолько выделяющейся внешности. Живя почти десять лет в храме демонов дами, я привык постоянно быть в центре внимания, и пора от этого отвыкать. Не знаю, что творится в светлом мире, но мне это уже не нравилось. Пока мы заканчивали завтракать, за нами наблюдали буквально все, разве что пальцем не показывали. Перешёптывались, что-то азартно обсуждали или просто глазели, но подойти решился только один японец, плохо говорящий на английском. Пришлось жестами объяснять, что мы хотим спокойно позавтракать и ему хорошо бы побыстрее оставить нас в покое. Что касается письма, то распечатать в такой обстановке я его не решился. А так как во дворце уединиться негде, пришлось топать обратно в комнату.

В пухлом конверте из плотной и жёсткой бумаги было что-то твёрдое. Надписей на лицевой стороне нет, обратная же запечатана красным воском. Печать большая, изображающая ромбовидный кристалл и какие-то мелкие символы. Внутри послания, к нашему удивлению, лежала деревянная лакированная плашка, толщиной сантиметра полтора. Не знаю, можно ли её назвать шкатулкой, но она открылась, стоило надавить на маленькую кнопочку. Внутри, в углублении из мягкой выделанной кожи, лежала большая монета из кроваво-золотого металла, в центр которой был впаян маленький ромбовидный кристалл. С обеих сторон монеты, по кругу, бежали незнакомые символы. Учитывая цепочку, эту штуку следовало носить на шее.