Эмелис начала терять себя. Сначала путались мысли, затем путались органы чувств, за ними запутались движения девушки в полете. Начали исчезать её части тела, затем исчезла и она сама, но она всё равно могла ощущать своё фантомное, проклятое самой Вечностью тело. Впрочем, на данный момент тело ей было не нужно.

***

Элизабет сидела в своем кабинете, считая минуты с тех пор, как Эмелис исчезла в диссоциативности. Она надеялась, что всё устаканится, что всё будет хорошо, однако на одной только надежде уверенность в успехе девушки не держалась.

— Внимание всей станции «Эйткен». Эмелис Рейн справилась со своей задачей. Мы все спасены, черные стены Вечного сердца наконец исчезли, а за ними возник совершенно новый для нас всех космос, требующий исследования и определения. Вперед, возродившееся человечество! — раздался голос искина Первой станции повсеместно.

Внутри бывшей королевы Изгоев что-то замерло. Она сначала подумала, что искин Первой станции человечества заглючил, но только она выглянула в окно, сначала её охватил сильнейший испуг, и лишь потом она поняла, что же произошло.

Космос. Космос ожил, однако предстал с такой своей стороны, с которой его ещё не видел ни один ныне живой человек. Это был новый космос, не тот, который был поглощен Вечным сердцем, не тот, который так сильно любила Эмелис, но совершенно новый, свежий и не менее манящий к звездам космос. Кроме того, безо всяких Бурь, змеев, живого фитоценоза и братоубийства.

Ещё долго выжившее человечество ликовало о победе своей спасительницы с белоснежными волосами. Ещё долго проводились благодарственные пиры в её честь. Ещё долго не утихнут споры о том, выжила ли она, или нет. Но в будущем это уже будет не важно.

Глава 20: Созерцание

Глава 20: Созерцание

— Эмелис Рейн, ты справилась отлично, — раздался голос Альма-матер где-то поблизости.

— Где ты?

— Я с тобой. Лечу в этой пропасти. Кажется, весь мир диссоциативности стал полностью твоим. Машина доктора Савинира и Сола исчезла, но вместе с ней исчезла и я, а теперь мы вместе воссоединились после долгой разлуки. «Ковчег», кажется, тоже исчез. Надеюсь, с оцифрованными людьми все будет в порядке.

— Что будем с нами теперь? Мы ведь не умерли, верно?

— Нет, мы не умерли, но зато слились воедино. Ты можешь чувствовать мои эмоции, а я могу чувствовать твои.

Эмелис задумалась. Это действительно было так. Она ощущала себя и в теле Альма-матер тоже. Их души слились вместе, даже если у искусственного сосуда нет своей души.

— Вечное сердце, кажется, тоже тут, но находится в разобранном виде и не может с нами контактировать. Ты видишь грани? — спросила Альма-матер, и тут перед Эмелис, пробив темноту, возникло разобранное Вечное сердце.