Господин Тамус замолчал.
— Те голоса в горах… — пробормотала я, — они шептали о том, что спадёт проклятие, если я открою сердце. Проклятие над древним лесом? Моё проклятие? Что они имели в виду?
— На этот вопрос я не смогу ответить. Ты должна сама понять.
«Сама. Понять. Интересно как?»
— Почему жрецов не наказали боги?
— Нельзя одновременно наказать всех. Их очередь придёт. После.
— Как мне выбраться из западни?
— Дождаться пробуждения древних. А пока прислушаться к совету главного жреца.
— То есть смириться?! — вот этого я никак не ожидала. Мы уже подошли в гостинице, и я истуканом застыла на пороге. — Это ваш совет?!
— Не знаю, что вкладывал главный жрец в слово «смирение». И лишь догадываюсь, как понимаешь это ты. В моем же понимании «смириться с судьбой» означает принять ситуацию с миром в душе, при этом не опускать руки и не причитать, почему жизнь не складывается. С миром в душе искать выход и понимать, что только ты ответственна за свою жизнь.
— Я ответственна. Правильно. За свою жизнь и за жизнь детей. Поэтому я уезжаю. Немедленно.
— Ты не успеешь скрыться. Раймус найдёт тебя здесь. Пока есть время, подумай, на каких условиях ты согласишься вернуться.
— Вернуться? — вскинулась я. — Исключено.
Детей в номере не оказалось, господин Тамус сообщил, что они сейчас спят у моей подруги Марики.
— Я не знал, чем закончится твой разговор и встреча в храме, и меня здесь тоже не было, поэтому я перестраховался и перенёс детей к Марике. Они даже не проснулись, не волнуйся.
— Вы всё правильно сделали. Без детей я быстро соберу вещи, не пугая их.
— Микаэлла…
— Господин Тамус, я вас услышала, — прервала я мужчину. — Пока моя задача — убраться отсюда подальше как можно скорее. С вашими способностями вы узнаете о моем решении.
Он кивнул и вышел из моей комнаты, а я вытащила чемоданы и стала закидывать в них вещи, не заботясь об аккуратности и другой ерунде, — сейчас было не этого.