— При себе. — Заверил молодой человек, никак не желая оторваться от своего пирожка.

— Вооот!!! — Тут же подпрыгнул от возбуждения Михалыч...

... И тут же сник под неожиданно серьезными взглядами ребят.

— Имперская конституция и закон о полиции не обязывает меня иметь при себе документ, подтверждающий личность. Впрочем, если господин лейтенант, так, кстати, и не представившийся, считает, что основания для проверки документов у него имеются, то он может доставить нас в отделение для установления личности.

Молодой человек с какой-то затаенной ненавистью глянул на "управдома" и козырнул:

— Прошу простить, — взял официальный тон он. — Лейтенант Ивашкин, ОВД...

— Угу, спасибо! — Прервал его молодой человек, успевший за какую-то секунду глянуть в развернутое удостоверение.

Отчего-то сотрудник был уверен, что все данные он прекрасно запомнил. И подобная сноровка его здорово насторожила.

— Так че с ними разговаривать, винти их! — Азартно заверещал Михалыч. — Это ж маньяки. Террористы!

Молодые люди на него внимания не обратили. Лейтенант, впрочем, тоже. Он рассматривал силуэт прислоненного к скамейке возле ноги темноволосого парня предмет.

"Ведь помнил же слово... Молодежь ведь увлекается... О, вспомнил!", — обрадовался представитель закона.

— Страйкболисты, а? — Поинтересовался он, указывая на "Вереск".

Его собеседник пожал плечами.

— Я гляну?

— Не стоит. — Мягко попросил владелец игрушки.

""Привод", во!", — вспомнил лейтенант.

— А что так? — Поинтересовался он.

— Спорная ситуация выходит, — сообщил молодой человек, глянув за экран смартфона в ядовито-розовом чехле. — Если мы страйкболисты, то все отлично. А если нет?

Серьезный тон. Серьезный взгляд. Вот только угрозы в нем не было.

— И как будем?