В это время Хогвартс только просыпался. Редких жаворонков уже можно было встретить в коридорах, как и сотрудников ДМП, кидающих на нас всех свои подозрительные и сонные взгляды. Задерживаться рядом с ними не хотелось, поэтому я, как мог, поспешил к своему пункту назначения. Залитые светом платы встретили меня свежестью трав и резким запахом лекарств, от чего уже возвращающуюся сонливость сняло как рукой. Мадам Помфри мазнула по мне беглым взглядом и потеряла всякий интерес, вернувшись к заполнению бумаг. Формальное разрешение было получено, и я уверенным шагом направился к цели своего визита.

На тумбочке рядом с больничной койкой, нежась под первыми лучами утреннего солнца, стояли в вазочке свежие цветы. Кажется, кто-то успел побывать тут до меня. А может это была целительница, просыпающаяся раньше всех в замке. По пути сюда я никого не встретил, но и значения сильно придавать не стал. Я пришёл сюда вовсе не за этим.

Вид Гермионы заставлял мои зубы скрипеть от злости. Она вся сжалась от страха, обхватив плечи руками, и так и осталась в этой позе, когда проклятие настигло её. Тёмные глаза, что всегда лучились неутолимым любопытством, сейчас обратились в два широко распахнутых безразличных омута. Бескровные губы застыли в немом крике на бледном и исхудавшем лице. Только пышные кудрявые волосы, которые она предпочитала не заплетать, были заботливо уложены медсестрой в пучок на макушке.

Её нашли недалеко от библиотеки, спрятавшейся за углом от того ужаса, что обитал в стенах замка. И ведь как банально — не дождалась старшекурсника, который должен был проводить её обратно до гостиной. Почему она решила пойти одна я не знал. Она должна была понимать, чем рискует и не могла совершить такую глупость просто так. На то должны были быть причины, но узнать их уже было невозможно.

— Гермиона, — я коснулся её тёплой руки. Единственное доказательство того, что она жива. — Обещаю, мы или ДМП обязательно отыщем преступника. Он ответит за то, что сделал с тобой, — я прошёлся взглядом по остальным невольным пациентам. — За то, что он сотворил со всеми вами.

На завтраке, помимо Пророка и парочки журналов, я получил письмо от Кассиопеи. Чтобы не забывать голову в начале дня, письмо я вскрывать сразу не стал и спрятал во внутреннем кармане до вечера. Я никак не мог сосредоточиться на уроках, ведь мысли то и дело съезжали совсем на другие темы. Во время занятий я честно старался создать хотя бы видимость того, что записываю за преподавателями, но получалось плохо, и я даже успел получить нагоняй от Макгонагалл. Немного, но это смогло привести меня в чувства и уже на Зельях я не то что не оплошал, а даже добился парочки баллов в копилку факультета. Тем не менее, я и не заметил, как учебный день закончился.