― Я вышла в лес, чтобы сорвать чарокола и встретила сборщика душ...
Бууум!
Стоило этим словам слететь с её уст, как ветхий домик сотряс взрыв. Все стоящие на полках бутыльки и колбы одновременно взорвались, выплескивая наружу всё свое содержимое.
В магазинчике стало тихо, лишь нервный смех Никсы разбавлял повисшее молчание.
― Хи-хи-хи...
Пришедшая в себя Лилия торопливо заговорила, стараясь сгладить ситуацию.
― Но ничего страшного не произошло! Я встретила Аксею, и она победила монстра! Она очень сильная! Хотя мы почти одного возраста, она уже может сражаться со зрелым сборщиком душ, ― в её речи смешался страх перед разгневанной Никсой и восторг от действий Аксеи.
Хотя Лилия быстро всё это проговорила, девочка не знала, что делать дальше. Она так и продолжила стоять с опущенной головой, ожидая возможного наказания, находясь на грани истерики.
Она всегда была послушной ученицей, это был первый раз, когда её учитель вышла из себя, показывая такую неприглядную сторону.
Прошло несколько вздохов, но ожидаемых криков не последовало. Тело полной беспокойств Лили уже начинало невольно подрагивать, но тут её неожиданно утянули в объятия.
Никса стояла перед ней и обеими руками прижимала её к своей груди, словно маленького ребёнка.
― Глупое дитя... ― слабый вздох сорвался с её уст, пока она гладила голову Лили.
На мгновение Лилия опешила от такого внезапного поворота событий, но уже в следующий миг залилась слезами, выплёскивая всё, что успело накопиться за этот тяжёлый день.
Мягко успокаивая свою ученицу в нежных объятиях, Никса подняла голову и посмотрела на всё ещё стоявшую у дверей Аксею. Даже нежданный взрыв не смог заставить её сделать хоть шаг.
― Спасибо, ― женщина произнесла всего лишь одно крохотное слово, несущее в себе, казалось, огромный вес.
Эксцентричная хозяйка была искренне благодарна за спасение жизни своей глупенькой ученицы.
Недавняя мысль о том, что Лилия могла оказаться в опасности, тут же вывела её из себя. Никса практически не контролировала свои действия, пока находилась под действием этих эмоций.
В это время её ленивый и вялый вид испарился без следа. Лишь тёмные круги под глазами напоминали об её обычном состоянии, хотя теперь её облик представлял собой весьма серьёзную и благоразумную личность.