— Понимаю, — сказал я.

Солгал.

Не понимал.

Как объяснить её поведение? Почему вдруг стал для Двадцатой чужим? И почему я, который ещё вчера так ждал этой встречи, теперь не знал, о чём говорить?

— Расскажи о себе, — попросила Тилья. — Как ты сумел выжить? Я видела, что тебя ударил челон! Как ты жил после того, как меня похитили? Как дрался на Арене? Как погибли… наши?

Отвечал я кратко. Без особого желания. Хотя ещё вчера бы описывал произошедшие в моей жизни события, свои мысли и чувства в красках, приправлял бы рассказ признаниями и восклицаниями.

Когда сказал: «Вот в общем-то и всё», заметил, как Тилья подавила вздох. Поддавшись взметнувшейся в груди буре эмоций, привлёк женщину к себе, обнял. Почувствовал, как участилось её сердцебиение. Прижал лицо к её волосам, вдохнул их запах.

Тилья не сопротивлялась.

Но никак не ответила на мои действия. Замерла.

Я попытался заглянуть ей в лицо. Но женщина отвела взгляд.

— Почему? — спросил я.

Сказал одно слово. Но Тилья поняла, о чём именно я спросил.

— Прости, Линур, — ответила она.

В воздухе у стены появилась темная точка. Мигнула. И раскрылась в диск портала.

— Мне пора.

Тилья высвободилась из моих объятий, встала с кровати.

Я схватил её за руку.

Спросил:

— Ты… меня любишь?

Мне показалось, что женщина вздрогнула.