«Drivers License» – Olivia Rodrigo

«Love And War» – Fleurie

Пролог

Пролог

Тремя годами ранее

Каая

С бешено колотящимся сердцем Каая осматривала оживленную улицу из своего укрытия. Продавец в лавке пряностей то и дело поглядывал на нее, но он не станет поднимать тревогу, если она не будет воровать его товар. Как хорошо, что это не входило в ее планы. Солнечный день привлек на большую рыночную площадь Сильверштурма достаточно людей. Взгляд Кааи скользил по собравшейся толпе, пока она наконец не заметила нескольких богатых торговцев.

Один из них как раз прогуливался вдоль стенда, за которым она пряталась, присев на корточках, и ей пришлось пригнуться немного ниже. Длинные, свободные одежды этого старика были сшиты из шелка, а рубашка, выглядывавшая из-под них, – из тончайшего льна. Тут и думать было нечего: он будет ее следующей жертвой.

Когда торговец пошел дальше, Каая выпрямилась и незаметно двинулась в его сторону. Как и всегда, она проигнорировала зарождавшиеся в душе угрызения совести и нервирующее покалывание в венах. Если она не справится, то сегодняшним вечером ей снова придется засыпать с урчанием в животе.

– О! – воскликнула она, будто бы нечаянно упав. Она подавила вздох облегчения, когда мужчина, как и планировалось, подхватил ее. – Пожалуйста, простите!

– Все в порядке! – Он отпустил ее и поправил свою шляпу. – Ты в порядке?

– Да, м-м-м, все хорошо.

Мужчина ободряюще ей улыбнулся, склонив голову в знак прощания, и продолжил свой путь.

– Спасибо! – крикнула ему Каая вслед, а затем быстрым шагом пошла дальше.

Она уверенно шагала по рыночной площади, на которой по-прежнему толпилось слишком много людей. Каае показалось, что прошла целая вечность, прежде чем она добралась до портового квартала и свернула в узкий темный переулок. Воздух здесь был влажным, и на кожу оседала соленая дымка. Выдохнув с облегчением, она опустила веки и сделала глубокий вдох. В нос тут же ударил стойкий запах рыбы и водорослей. Запах дома. Она открыла глаза и покачала головой. Сильверштурм не был ее домом.

Дрожащими пальцами она заправила за ухо прядь каштановых, с золотистым отливом волос, прилипшим ко лбу, и снова сосредоточилась на настоящем. Она уже собиралась достать свою маленькую кожаную сумочку, прикрепленную к поясу, когда чей-то низкий голос заставил ее вздрогнуть:

– Славное представление!