Как герой? Да, может, и так. Какая сейчас разница, если всё уже решено. Арт пробивал себе путь, не оглядываясь назад. Первый меч вгрызался в тени, не оставляя тем и шанса. Третий оставлял в их рядах пустоты, которое едва успевали заполняться новыми чёрными силуэтами. Изнутри башня была сероватой, где-то между насыщенным серым и серебристым. Стены светились мягким светом, от которого веяло могильным холодом. Иная, чужеродная материя, которая не должна была существовать в этом мире. По ней шагал последний герой, прекрасно зная, что каждый шаг мог стать последним. Эфир в его теле кружился со скоростью, заставлявшей оружие теней рассыпаться в прах, стоило им коснуться силуэта Арта.

Эфирный резонанс и эфирное ускорение — могли ли два явления вообще быть в теле одного мага вместе? Одно было вызвано искусственно, второе вполне могло наступить в следствие первого… Вероятно, если его разум был кристально чист, если позади не осталось никаких сомнений, если впереди была только цель, которую он обязан был достичь, то да, его эмоции, нет, искренние чувства его сердца, могли придать и без того ужасающей технике ещё большую силу. Два кошмарных года в Крэйне сотворили из Арта настоящего монстра — впрочем, в его взгляде не было злобы или агрессии. Его волосы, ставшие ярко-белыми, только подтверждали это.

А в янтаре его глаз лежала лишь холодная уверенность в том, что он делал. Для Фолла, быть может, этот раз не станет последним, но для Арта эта жизнь была единственно реальной. И он собирался прожить её на своих условиях. Даже если придётся закончить её в чём-то настолько глупом, как поход против жнеца в одиночку.

Но Арт не был одинок — за его спиной, пусть лишь в его голове, стояли товарищи, поддерживавшие его на дороге, что он выбрал сам. Их слова, их мысли, нематериальные, но такие важные, толкали его вперёд, вверх по очередной лестнице. Этаж за этажом, орда теней за ордой, он пробивал путь к главному засранцу всей этой истории. Тени становились сильнее, их заклинания били по Арту бесперебойно, но последний герой только усмехался, отправляя их в бездну. Он не умел исцелять себя, но дар Сангвина устранил и этот недочёт, попросту изменяя форму и направление эфира для излечения ранений. Парень использовал его интуитивно, с течением сражения всё лучше и лучше овладевая этим навыком.

Чудовище. Герой. Воин. Машина, создавшая себя с одной целью — уничтожить жнеца.

Вот почему последний боялся его. Потому что он, вот ирония, не испытывал страх. Даже первый герой, сражаясь с жнецом из раза в раз, где-то глубоко внутри страшился поражения, ибо тогда ему пришлось бы начать всё с начала. А у Арта была только одна жизнь — и он всё равно бросал её ради маленького, едва заметного шанса. Глупо? Наивно? Пускай люди говорят, что хотят. Парень рвал тени на куски, отвоёвывая этаж за этажом. Было ли ему дело до того, что и кто скажет потом? Ха! Нет. Всё, что сейчас имело значение — это жнец и победа над ним. Кто-то однажды написал, что герои делают невозможное — возможным.