[Дыон: Тык и воровали — гаварю ж, последняя была.]

[Сергей: У, вот оно как.]

[Дыон: …]

[Сергей: …]

[Дыон: Ты шо грусный такой?]

[Сергей: Да устал просто, чё ж сразу грустный?]

[Дыон: Ны знаю… Мало ли шо…]

[Сергей: Да не, хорошо всё… Ты лучше анекдот какой-нибудь расскажи, хоть посмеюсь на ночь.]

[Дыон: Тык оно само собой разумеется… Кхе-кхе… Прочытаю тыбе пару дысяток новых, чырнушных… И так… Как начынается расказ любого безрукаго мальчика?]

[Сергей: Ну?]

[Дыон: Иду сыбе, ныкого не трогаю!]

* * *

Наконец, Сергей вернулся в монастырь.

Небо заволокло чёрными облаками, а белобокая луна спряталась за ними, как за ажурной занавеской. Повсюду трещали сверчки, квакали лягушки да горланили ночные птицы.

[Сергей: …]

Белокаменные коридоры были всё такими же белокаменными, и в них было всё также холодно. По полу ещё гулял чёрный дымочек, приятным тёплым язычком лаская обмёрзшие стопы юноши. Видимо, Кацо перед сном топил костёр в столовой.

[Сергей: …]

Никаких отверстий в стенах не было, Бернадет спала у себя во дворце, да и Сергей мог спокойно ходить с закрытыми глазами, не боясь оторвать себе конечность.

[Сергей: …]

Войдя в свою всё такую же одновременно заваленную всяким хламом и полностью пустую келью, Сергей бросил ботинки в угол, залез на свою кровать и укрылся тонким шерстяным одеялком серого цвета.