Светлый фон

Как ни странно, но Сергея оставили в живых. Вместо того, чтобы сразу пустить его на мясо, беловолосый паренёк с ужасающими кровавыми глазами попросту спросил его, в какой стороне был вход в Йефенделл. К сожалению, он, и правда был всего один, а с учётом колечной инфраструктуры и огромной каменной стены, понять, где входить, приезжему было тяжко.

Рыжеволосый попаданец и не пытался перечить целой армии, так что он незамедлительно повёл их в сторону столицы.

Как уже успел объяснить ему Рюку, они с принцессой Сюзанной посредством Кайки Меруэцу подписали самый настоящий письменный договор.

В нём говорилось, что Сьюзи должна была сдать город и власть зверолюдам, а те обязывались не учинять грабежи с разбоями и не убивать жителей Йефенделла.

Условия, на самом деле, были довольно обычными, хоть одна деталь в них очень сильно пугало юношу.

«Разве Сьюзи… Согласиться отдать кому-то власть?…»

Сергей весь дрожал и был бледнее самой смерти. Он уже понимал, к чему всё шло, так что не ужасаться было тяжело.

Рюку иногда поглядывал на него и думал, что тот испугался из-за вооружённых зверолюдов, как какой-нибудь самый обычный крестьянин. Тем не менее, больше всего в этом мире Сергей сейчас боялся чрезмерного высокомерия и решительности принцессы…

Она была способно на буквально что угодно…

[Сергей: …]

Ворота показались на горизонте, и парочка квадратных матово-чёрных глаз уже успели понять, что они были закрыты… Чего раньше никогда не было…

[Сергей: …]

Филька… Бернадет… Дыон… Кацо… Конрад… Сьюзи…

Всем им было суждено сегодня умереть — это Сергей понял тут же. Один рык Кёкаи Рюку — и такой город, как Йефенделл, попросту перестал бы существовать.

[Сергей: …]

Вот они и подошли вплотную к огромному деревянному засову… Однако перед ними уже стояло двое людей.

[Сергей: …]

И если первый из них мог в такой ситуации разве что вызвать у Сергея смех, так как это был тот самый усатый стражник, то вот второй…

[Сергей: …]

Это был Хирол… Черноволосый паренёк с ребячьим лицом выглядел серьёзным, и было прекрасно видно, как же сильно он волновался.