– Нет, нет, я на свободу хочу! – в отчаянии крикнул красильщик.
– Месяца не пройдет, как будет исполнено, – заверил его смотритель. – Как только человек сбросит оковы жизни, в неволе его уже не удержать никому.
Однажды пришла к человеку вроде меня, умеющему странствовать коридорами времени, женщина из богатеев.
– Хочу я, – сказала она, – взглянуть на конец этого мира. Покажи мне его, и я удвою твое состояние.
– Мое состояние, даже удвоенное, останется крайне невелико, – отвечал ей ученый книжник.
– Если хочешь, могу и утроить, – предложила богачка.
– Нет. Прибегать к силам наподобие моих для удовлетворения праздного любопытства строжайше запрещено, – объяснил ученый.
Однако богачка от своего не отступилась и принялась рассказывать, что при своих богатствах может сделать и с ним, и с его детьми, буде он ей откажет.
– Что ж, хорошо, – согласился ученый. – Хочешь увидеть время, когда солнце разбухнет, вспучится, а Урд упадет на него подобно угольку, падающему сквозь решетку колосника?
– Нет, – решила богачка. – Это всего-навсего большущий пожар, а пожаров я видела много.
– Так, может быть, ты желаешь полюбоваться Большим Сжатием, увидеть, как все мироздание сжимается, схлопывается в точку и сходит на нет?
– Нет, – отказалась богачка, – ведь это же не конец всему, а лишь начало нового мироздания.
– Тогда объясни сама, что тебе показать, – предложил ученый.
Богачка надолго задумалась и наконец сказала:
– Покажи мне конец самой Жизни. Желаю видеть предсмертные муки последнего из живых обитателей Урд.
– Прекрасно, – ответил ученый, и оба они очутились посреди бескрайней ледяной равнины, под кроваво-алым солнцем нисколько не ярче луны.