Что-то с ним происходит, но я не могу понять что.

После сто десятого возрождения в голове Ронни проносилось несколько минут будущего боя, он, словно чувствовал, что произойдет, и его тело двигалось само по себе, уворачивалось само по себе. Эймерлин также адаптировалась к стилю боя своего противника, пытаясь удивить его новым козырем в рукаве. В некоторых местах мертвые тела лежали небольшой горкой, кровь обоих перемешалась, образовывая лужи лилового цвета.

На сто пятидесятый раз, в голове Ронни пронеслась будущая битва, вплоть до ее исхода. Он улыбнулся, когда Эймерлин бросила несколько мечей бумерангом. Все так, как и ожидалось. Он без проблем увернулся, несколько раз выстрелил в нее из пистолета, но она успела поднять его изуродованное мертвое тело и защититься им. Ронни поднял с ее трупа меч и бросил вперед и снял Barrett и прицелился и выстрелил. Эймерлин прыгнула в сторону использовала портал и призвала перед собой булыжник. Пуля.50 BMG застряла в камне, который в свою очередь полетел в Ронни. Он же заранее побежал в безопасную зону. Иллисех поражался, как он с каждым разом сражается все лучше и лучше, не помня того, что с ним случилось до этого.

Ну конечно, подумал он. Она тренирует его мышечную память на каком-то новом уровне.

После примерно двухсотой смерти, безумие Ронни уходило на второй план, а на первый снова вышел холодный расчет. Мозг привыкал к новым способностям. Новые бои затягивались на десятки минут. Когда один побеждал два раза подряд, второй, балансируя на грани, усилял атаки и использовал все новые уловки и побеждал. Тактика следующего часа заключалась в том, чтобы вытащить из соперника побольше его козырей.

— Пора заканчивать с этим, — сказал Ронни. — Я достигаю своего предела.

Он вытащил из своего рюкзака адреналиновый шприц, воткнул содержимое себе в ляжку и достал свой амулет и рассмотрел его со всех сторон еще раз. Такой чужой и такой родной. В голове пронеслось детское воспоминание. Он находился на виртуальном стрельбище с отцом. У обоих в руках старенькие винтовки Мосина с открытым прицелом, а впереди на расстоянии в 300, 400 и 500 метров манекены. Тириэл произвел три выстрела, мастерски передергивая скользящий затвор.

Девять, девять, десять, — сказал ИИ.

— Теперь твоя очередь.

Блейк сделал несколько глубоких вздохов и почувствовал биение своего сердца, что мощным толчками гнало кровь по всему его телу. Он выдохнул и замер. Стук, пауза, стук, пауза. Последовало три выстрела.