Максим оглянулся.

Собрав оставшихся латников, потеряв одного волшебника, но сумев защитить другого, Нахимов увлечённо рубился с орками, понемногу смещаясь к тёмному провалу какого-то небольшого ответвления, видимо планируя уйти туда, в надежде что это не тупик и туннель куда-нибудь их да выведет.

А вот у гномов дела обстояли хуже не придумаешь. Большая их часть уже лежала на полу, на ногах осталось меньше десятка. Первым в глаза бросался, конечно, так быстро размахивающий топором Барадур, что орки боялись соваться к нему, опасаясь попасть под мелькающее тут и там лезвие.

— Барадур! — крикнул Максим. — Нужно перегородить проход. Здесь есть двери? Закрой их, Барадур.

Тяжело дышавший гном отозвался: — Как же орки?

— Мы их задержим, — пообещал Максим.

Услышав слова товарища, Павел недовольно скривился, но сменил направление движение и стал пробиваться обратно.

Мгновение гном колебался, но польза сказанных слов перевесила азарт битвы.

— Встретимся в подземных чертогах отца всех гор, друзья! — пожелал Барадур забрасывая секиру на спину и, словно обшитый железом мячик, выкатываясь из боя.

Оставшиеся гномы плотнее сомкнули ряды, давая инженеру время добраться до запирающего механизма и перекрыть ведущий с поверхности коридор тяжёлой каменной плитой. Но гномов мало, вот последний из них упал с разрубленным до пояса телом. Не давая оркам, бросится вслед за Барадуром, на них набросились люди. Короткая битва в подземной полутьме, когда большая часть факелов потушена и истоптана ногами. Мясорубка. Никакого искусства, никакого фехтования или применения отточенных способностей — только старое-доброе насилие, сильнее удар, крепче броня, жёстче оскал. Максим дважды воткнул меч во что-то тёплое и живое. Три раза получил сам, но броня ещё держалась.

С той стороны куда убежал Барадур раздался звук трущегося о камень камня. Прочная перегородка, отсекающая туннель с поверхности от внутреннего лабиринта подземных ходов, опустилась.

Отвлёкшись на шум, Максим получил сильный удар по шлему, схватив дебаф оглушения. Затем оказавшийся перед ним какой-то рослый орк вскрыл его как консервную банку и вот он здесь, пьёт чай в зале отдыха, с мокрыми после душа волосами, закутанный в тёплый халат.

— Понимаешь, — попытался объяснить Максим Павлу. — Вот мы с тобой тут пьём чай. К слову, уже остыл, пойдём сходим за новым? Как только закончит отчёт таймер посмертного отчёта мы сможем снова зайти в игру потеряв только немного опыта и что-то из снаряжения. Малая цена за фактическое, пусть и только лишь игровое, бессмертие. А погибни тот гном, он ведь не возродится больше?