Я активировал молот ведьм в виде посоха и одним резким движением выбил зубы говорливому. Тот мгновенно ушел в отключку.

— А вот теперь здравствуйте, товарищи проклятые. Если вы хотите торчать тут и дальше — ради бога, мне похуй! — радостно, с улыбкой оповестил я присутствующих — Но наверху тварей больше нет. Кончились. Если хотите обратно в Аркер, берите уже, что есть, выползайте на поверхность — завтра-послезавтра отправимся. Ах да… Вот этих, псоглавых, не бойтесь. Это мои, приглядывать за вами будут. Контролируют, а вдруг осталась пара песиков в какой-нибудь щели. А я пошёл. Там, на поверхности, одно здание целое осталось — туда не лезть, я там живу. Но если есть больные-раненые, помогу, обращайтесь. Все, пошли, девочки, хочу эту хрень с себя смыть, наконец…

* * *

Когда вышел на поверхность и осмотрел пепелище от города — решил не быть говном и хотя бы пару пристанищ вырастить. С энергощитом решил разбираться завтра, псоглавы дочищают канализацию, осматривают здание на предмет книг и комнаты управления и смотрят за выжившими, потому потом можно будет отдохнуть. Не помешает.

Пристанище выглядело красиво. Высокое, толстое дерево с дуплом — входом и большими кроватями из дерева и мха, по две в каждой из пяти комнат. Что за дерево, узнавать пришлось через ОВМ, некий стандаарус. Написано, часто растет рядом с поселениями дриад и в них самих. Мол, можно найти эти поселения именно по таким деревьям. Выращивание одного пристанища жрало около пяти сотен природной энергии, что не так уж и много. Одно поставил лишь за счет руки, на другое переработал с помощью преобразователя. Кроме того, пришлось лепить еще и водные артефакты на стены, чтобы помыться смогли, ибо в пристанище такого предусмотрено не было.

— Так это ты так называемый "спаситель"? — я удивленно обернулся на голос. Постепенно люди поднимались. По большей части, оглядывались, не веря своим глазам. Но было несколько взглядов, хорошо показавших мне, что тут происходит.

На мужика крепкой комплекции, с черной неопрятной бородой и в костюме Адама люди посматривали с гневом, страхом, отчаянием… с чем угодно, но только не с благодарностью. Хм.