Странно. Хотя… Пришельцы. Вообще непонятно, чего от них ждать.

Впрочем, стало даже немного интереснее — повстречаться с настоящим пришельцем ещё никому не удавалось до недавнего времени. Буквально до вчерашнего дня никто не представлял, что они такое. Эх, и у рядового спросить забыл. Но, судя по его реакции, ничего сверхъестественного. Хотя, конечно, пришельцы могли использовать маскирующие технологии, чтобы не выделяться. В общем, было любопытно.

— Никого не пускать! — Приказал Клиф, открывая дверь.

Закрыл за собой он её уже осторожно. Небольшой коридорчик перед входом в пентхаус, где должен бы находиться консьерж, конечно, пустовал. Никто никогда и не думал сажать сюда бездельника, чтобы он ничего не делал. Но вот дверь в сам пентхаус была выломана. Интересно, как это пропустила охрана?

Клиф толкнул дверь вперёд. С неё упало несколько щепок, а затем она открыла вид на большую студию с лестницами по краям и вторым ярусом, обрамлённым красивыми перилами.

Всё было перемазано.

Но сложно было сказать, чем. Если это была кровь, то явно с дерьмом, так как она была ни алого, ни красного, ни даже бордового засохшего цвета. Цвет был чёрным. И кругом царил такой беспорядок, словно творилась ужасная и жестокая драка. Охрана не слышала и этого?

Клиф споткнулся обо что-то. Он посмотрел под ноги — на полу лежало что-то вроде руки, но сказать было сложно, так как кисть была раздроблена слишком сильно, да и в целом конечность слабо напоминала часть тела, так как была изрезана и почти вывернута наизнанку.

Вытащив пистолет, Клиф стал медленно продвигаться вперёд, время от времени поглядывая наверх. Было тихо. Создавалось впечатление, что на вечеринку он опоздал. И была она весьма бурной!

Ошмётки туловища были размазаны по всему полу таким образом, что совершенно было невозможно разобрать, где была какая часть, и было ли это частью вообще. Зрелище было не для слабонервных. Кое-где, среди месива проступали части одежды. Значит, пришельцы одевались. Так подумал Клиф, двигаясь в сторону наибольшего скопления биомассы.

Держа пистолет наготове, он подошёл к тому месту, где заканчивалось размазывание тела. По логике, где-то здесь должна была располагаться голова, но она была раздроблена в крошево и растянута по полу так сильно, что признать человеческих признаков нельзя было просто никак.

Клиф не стал долго всматриваться в месиво. Это было не очень приятным занятием.

Но вот, что привлекло его внимание, так это то, что от размазанной массы тянулся след, который вёл на стену. Судя по всему, кто-то очень старательно подошёл к делу. И, мало того, расчленил кандидата, так ещё и оставил послание. Надпись на стене гласила: