Матка развернулась к нам навстречу, широко распахнула пасть и заревела. Несмотря на рану, монстр не утратил прыти и с легкостью уклонился от следующих выстрелов. Мешки на ее спине исторгли серо-зеленое споровое облако, которое накрыло площадку густой тенью, не давая нормально дышать. Правда помешало это только нашему эдвансеру, который немедленно закашлялся, так как шлем его силовой брони висел на поясе. Мы с Шакалом загерметизировали доспехи моментально, а Лансу, как всегда, было пофиг на аэрозольные раздражители.

Док же зашелся в кашле, поэтому удар верхней парой конечностей застал его врасплох, и матка без труда поразила его в голень, хитиновая кромка почти без сопротивления рассекла силовую броню, плоть и кость. Боец тяжело упал на спину, а отрубленная половина голени со стопой отлетела куда-то в сторону, теряясь в споровой дымке. Тварь нависла над ним, собираясь нанести финальный удар, но я тоже на месте не стоял. Молот Рока влетел в ее уже пробитую конечность, сминая броню. Тварь тяжело осела на поврежденную лапу и вслепую отмахнулась всеми четырьмя костяными клинками, одновременно с этим нанося удар хвостом. Я успел уклониться от лезвий, но удар хвоста попал в цель и отбросил к подъёмнику.

Пока я поднимался, тварь успела вернуть себе равновесие и поднялась в атакующей стойке, высоко вздымая верхнюю часть тела. Она явно определила меня как приоритетную цель, потому что на остальных внимания больше не обращала, да и не удивительно – выстрелы по-прежнему не причиняли какого-то серьезного ущерба.

Тварь лениво взмахнула хвостом, и Ланс грудой искореженного металла улетел в сторону лестницы. Его полоска жизней замерла у самого края красной черты. Но даже отсюда я видел, что он больше не боец – критические повреждения конечностей и, подозреваю, почти полная потеря мобильности... Док успел отползти на несколько метров, но у него пока что все было не так чтобы плохо - здоровья оставалось еще три четверти, так что он мог продолжать бой хотя бы как поддержка. Шакал возник прямо за спиной матки, и обрушил на нее шквал выстрелов, направленных во вторую ногу – из своей винтовки и второй такой же, видимо, подобрал оружие Ланселота.

Выпустить он успел по трети магазина, когда тварь развернулась к нему со скоростью, казалось бы, недостижимой для столь массивного туловища, и нанесла удар сразу и четырьмя клинками, и пастью. Броня спасла Шакалу жизнь – клинки раскроили силовой доспех, вскрывая его, но не достали самого снайпера. Укус цели не достиг – я не мог упустить такой момент и со всей дури впечатал молот в сочленение головы и туловища, рассчитывая поразить нервный узел. Туша дернулась в сторону, и пасть щёлкнула, не дотянувшись до Шакала. В этот удар я вложил всю силу и потратил последний заряд усиления на молоте. Кромка брони брызнула в стороны осколками, центральная пластина промялась и лопнула, а головка молота глубоко утонула в плоти. И… ничего. Я снял с нее этим ударом пять процентов здоровья. А урон при этом система насчитала как двенадцать тысяч хитов. ДВЕСТИ СОРОК ТЫСЯЧ ХИТОВ? Да мы ее неделю ковырять будем.