Светлый фон

— Используете свои способности для совершения должностных преступлений? — уточнил Шохаши.

— Конечно. В этом мы похожи, — заметила Вентресс. — У вас тоже нет страховки так-то…

Ни слова не говоря, Эрик приподнял нижний край мундира и продемонстрировал страховочный пояс с магнитными усилителями.

Такой пояс позволял, в случае падений, прикрепиться к магнитным лентам, опоясывающим каждый уровень Великого Храма.

Использовать по старинке здесь страховочные тросы было не разумно, учитывая, что их длина для нормальной работы должна была составлять десятки, а то и сотни метров.

После этого, Эрик сунул руку в карман, вынул оттуда архаичный хронометр, но не открыл его, как делал всегда, а вытащил еще одну страховочную ленту, после чего вернул хронометр на место.

А ленту протянул Вентресс.

— Да вы сама забота, контр-адмирал, — усмехнулась Вентресс, продемонстрировав, что у нее в руках находятся бутылка из-под вина и емкость с люмин-элем. — Боюсь, мне не удобно будет… Но, если ваше уставное сердце не разорвется от увиденного, то пустую бутылку я могу выбросить.

— Вероятнее всего она прилетит в голову кому-нибудь из часовых на поверхности, — покачал головой Шохаши.

— Положить ее я тоже не могу — блок наклонный, она укатится, — Вентресс веселилась как могла.

— Ничего страшного, я помогу, — контр-адмирал наклонился вперед, оперся на одну руку, чтобы не делать лишних движений корпусом. — Не шевелитесь, пожалуйста.

И тем самым приблизившись к ней, после чего легким движением свободной руки захлестнул вокруг талии ведьмы металлическую ленту с магнитами, щелкнувшую замком.

Хм, явно опыт.

Просто так подобной ловкости и четкости не добиться, а Силой он не обладает.

— Вот так будет безопасно и…

Он поднял голову, посмотрев ей в глаза.

На мгновение их взгляды встретились.

Вентресс где-то на краю сознания отметила, что лицо контр-адмирала находится не больше чем в десятке-полутора сантиметров от ее собственного, а вид у него такой… слегка растерянный.

Словно он понял, что находится в неловком положении.

Как-никак, а в личное пространство вторгся.