Признаться, меня это выбило из колеи. Я рассказал, что видел её с отцом в загородном особняке, где Пётр Алексеевич агитировал за работу в семейном бизнесе. На что Наталья полностью мне открылась для чтения своего прошлого. Когда я увидел до конца сценку, почувствовал себя последним мудаком — она отказалась от заманчивого предложения, чтобы быть со мною вместе. Чему её отец в последствии был рад, когда по всем российским СМИ разнеслась новость о нахождении мною клада. Так что препятствий больше никаких нет.

Утром мы пошли гулять.

— Натуль, а мне Илья ничего не сказал, что ты у него взяла адрес.

— Я его попросила молчать, чтобы не испортить сюрприз.

— Да уж, сюрприз удался.

Мы сели на открытой террасе кафешки с видом на море. Наталья бойко сделала заказ на испанском, и нам мгновенно принесли две большие кружки капучино.

— Ну, и как ты здесь жил без меня?

— Весело. То президент руку жмёт, то американцы рэкетом занимаются. Да, меня же чуть не женили! Предлагали в жёны богатую невесту, Кончита зовут. Но я был стоек. Зачем мне одна невеста, когда меня куча девушек в России ждёт? Из «Комсомолки» звонили, у них несколько мешков фотографий невест на выбор. Спрашивали, когда появлюсь, рассмотрю варианты… Ай!

— Шшшш… Ах, тебе одной невесты мало?! Кобелина!

— Ой, перестань щипаться! Больно же!!

— Нет, Петров, решительно надо заняться твоим воспитанием! Нельзя оставлять такую опасность для окружающих неокольцованной. Когда ты на мне женишься?

— Зачем ты постоянно меня спрашиваешь?

— Мне нравится видеть страх в твоих глазах!

— Ай! Ну, хватит! Женюсь! Хоть завтра!

— Ну, нет! Завтра я не готова, — подруга оставила в покое мой пострадавший бок и задумалась. — Платья нет, и бабе Насте обещала пригласить… Вернёмся в Россию, там и назначим дату.

— Натуль, не то, чтобы я был против, но давай сначала сверим планы на жизнь. Как ты относишься к миру во всём мире?

— Что ещё придумаешь, чтобы не жениться?

— Да не, я серьёзно. Со мной может быть очень опасно.

— Серёж, я конечно ещё совсем молодая колдунья, у которой мало опыта, но я уже понимаю — за своё счастье надо бороться. И если надо, то со всем миром. А у двоих всегда больше шансов.

— Эээ, — я немного подзавис, — а мы сейчас точно говорим об одном и том же?