– Поставь меня, – громко сказала девушка, гордо выпрямившись. – Я знаю, что ты победишь его даже с завязанными глазами. Поставь.

– Хорошо. Я поставлю её, но что поставишь ты? – кивнув, повернулся к парню Вадим. – Что у тебя есть такого, что было бы равноценно такой женщине?

– Я поставлю свою долю добычи и всё своё оружие, – взвился парень, словно укушенный.

– Этого мало, – покачал головой Вадим. – Такая девушка стоит на много дороже.

Стоявшие рядом воины дружно закивали, подтверждая его слова.

– Тогда я стану призом сам. Я – против дев чонки.

– Ты готов стать треллом? – растерялся от удивления Свейн.

– Этого никогда не будет. Но если вдруг он победит, я стану треллом, – подтвердил парень, сжимая кулаки.

– Во дурак-то, – растерянно покачал головой Рольф.

– Приятель, ты в своём уме? – удивлённо спросил Вадим. – Что я тебе такого сделал? За что ты меня так ненавидишь?

– Мне надоело, что все только и говорят, что о тебе. Мне надоело, что все девчонки мечтают оказаться только в твоей постели, надоело, что за советом все идут к тебе.

От его слов Вадим откровенно растерялся. Впервые за время его пребывания среди этих людей он услышал высказывание в свой адрес, произнесённое с такой ненавистью. Быстро оглядевшись, Вадим понял, что настроение парня не разделяет никто из северян. Стоявшие рядом воины смотрели на него как на предателя.

Шагнув вперёд, Свейн с угрозой сжал кулаки и, глядя на парня с нескрываемым презрением, прорычал:

– Похоже, императорская корона не только Олафу Рыжему покоя не даёт. Никогда не думал, что зависть может так изъесть душу воина.

– Плевать я хотел на твои думы, – завопил парень. – Я всё равно убью его. Так или иначе, но он сдохнет.

– Сказать это намного проще, чем сделать, – жёстко усмехнулся Вадим.

Тем временем, пока они общались, Мгалата быстро проскользнула куда-то в сторону и, перекинувшись с подругами парой слов, вернулась обратно. Встав в середине круга, девушка гордо выпрямилась и, презрительно покосившись на парня, громко сказала:

– Ты ещё долго будешь визжать как баба? Надоел. Может, начнёшь уже что-нибудь делать?

Поперхнувшись от её слов, парень замолчал и, обведя собравшихся воинов красными, словно у бешеного быка, глазами, прохрипел:

– Я всё равно убью его.