Он оглядел класс, меня, и Лизу. Её особенно, с головы до ног. Оценивающе.

— Ч-что-то нужно? – женщина подала чуть дрогнувший голос.

— Ага. На допы пришёл. Можно же? – его голос отдавал небольшим, едва заметным эхом.

Мы с Лизой переглянулись.

Вася… блядский ты гандон. Какого хера?! Ты серьёзно? На допы, сука?! И что Лизе ответить? Нет, иди отсюда?

Да блядство!

— Жирнов, ты же в нападающих, - неуверенно и тихо ответила учительница, поглядывая то на меня, то на Жирнова.

— О-о, дорогая моя Елизавета, я же сдаю сразу три категории, и приписан к трём классам! - он оскалился, - Забыли? Или у Белова особые привилегии?

— Нет конечно. Прости, я позабыла, - она нервно, без эмоций улыбнулась, - Да, можешь присаживаться за любую…

Вася не дослушал, прошёл и сел за первую парту.

Мы встретились взглядами, и в этот раз эта жирная, мародёрская свинья его не отводил. Теперь он смотрел прямо. Мне в глаза.

И улыбался.

— Ну, начнём нет? – он повернулся на Лизу, - Или я что-то прервал?

— Нет… ничего…, - Лиза чувствовала себя очень некомфортно, и даже её постоянная светлая улыбка превратилась в сухую, бледную версию, - Устройство дульного мира, значит. Давайте… повторять.

Мы с Лизой переглянулись. В её глазах читалось сожаление, печаль и… небольшой страх? Она не понимала, что и почему происходит. И её, светлую и невинную женщину, это выбивало. Пугало.

Я вздохнул и облокотился о парту. Что-ж, значит просрём ещё один час жизни. Выдавать, что я связан с Лизой больше, чем следует, врагу не надо. Значит сидим и делаем вид, что учимся.

Начался урок. Лиза, впрочем, быстро восстановила самообладание, и начала рассказывать в прежнем русле. Правда без любезностей и позитива, но вполне…

— А я не понял! Можете повторить? – громко выпалил Вася.

— Ч-что именно?

— Последний тезис. Повторите.