— Нахер…, - процедил я, поднимаю отрубленную кисть.
Нахер…— И что ты собрался с ней делать, а, черв…
И что ты собрался с ней делать, а, черв…— Я сказал…, - я поднимаю горящие глаза на врага, - Нахер.
Я сказал…, Нахер.Из обрубка вырываются жгуты. Извивающиеся словно черви, они метнулись к кисти, вошли в кровавое сечение и тут же притянули её на место. Импульс регенерации уходит в копошащиеся жгуты, и те начинают бурлить, превращаясь в новое мясо.
Концентрация была настолько запредельной, что в глазах помутнело.
Я видел, представлял и контролировал, как жгуты обретают форму костей. Мышц и сосудов. Как становились столь мелкими и тонкими, что оперировали с самой нервной системой, подключая кисть и предплечье!
Лишние жгуты вырывались из разреза и извивались, ожидая своего черёда. Когда он наступал, они вонзались обратно в кожу и словно нить в медицинском крючке крепили то, что могло оторваться.
— Да что за…, - Жирнов распахнул глаза.
Да что за…,Я… себя сшиваю. Буквально. Хирургической точностью, я превращаю жгуты в соединения чистой, целительной энергии.
Мне всё ещё больно. Ужасно больно. Даже заклинание обезбола не спасает. Но…
Какая разница?
Ведь кисть дёргается, и я сжимаю кулак.
— ДА КАК ТЫ ЭТО ДЕЛАЕШЬ?! – заорал Жирнов.
ДА КАК ТЫ ЭТО ДЕЛАЕШЬ?!Я поднимаюсь с колена.