— Я услышал тебя, — сказал Леший, вставая, давая понять, что аудиенция окончена.

— Каков твой ответ? — не сумев справиться с напускной холодностью, излишне импульсивно спросила ведьма, поднимаясь вслед за воеводой.

Её руки, согнувшись в локтях, поднялись до уровня груди, пальцы соприкоснулись, сложившись то ли в оберег, то ли в знак отрицания. Василий Иванович, внимательно наблюдавший за гостьей, положил ладонь на тыльник сабли.

— Не балуй! — строго произнёс Леший, — Опусти руки.

Ведьма подчинилась, но продолжила выжидательно смотреть на воеводу, требуя ответа.

— Когда-то я тоже просил тебя о помощи, — сдерживая отвращение, напомнил Василий Иванович, — Тогда ты ответила, что закон эволюции суров и выживет только сильнейший. Хочешь услышать мой ответ сейчас? Изволь. Ты мне не указ. Я выслушаю аргументы паломников и сам решу: помогать им или нет.

— С той поры много воды утекло. Ещё больше изменений и мутаций обрушилось на животный и растительный мир. Сейчас вопрос выживания сильнейшего вида не актуален. Высока вероятность, что привычный нам уклад жизни, рухнет окончательно.

— Тем более, — кивнул воевода, — Больше не ты выдаёшь лицензии на право жить.

Рука одного из сопровождавших ведьму дрогнула и потянулась к висевшей у пояса кобуре. Оружие предусмотрительно отобрали на посту, но Леший понял, что старая знакомая и её свита, не потерпят отказа. Эти люди, признавая только силу и принуждение, не уйдут из усадьбы, не заручившись твёрдым согласием. Скорее всего, потребуют подписать кровью гарантию выполнения их условий. Он слишком хорошо знал и старую фурию, и её ассасинов. Слишком много страшных слухов расползалось вокруг Москвы. Шептали о её деспотичном характере и жестокости, с которой слуги и приспешники добиваются выполнения воли своей госпожи.

Ведьма, уяснив, наконец, что когда-то слабый и растерянный проситель помощи, изменился, превратившись в сильного и уверенного главу рода, вновь попыталась соединить пальцы в колдовском жесте. Леший, предвидя такое развитие событий, оказался готов. Клинок молниеносно выскочил из ножен и рассёк горло ведьмы. Чересчур тёмная, для обычного человека, кровь фонтаном брызнула из рассечённой артерии и шипя, запузырилась на раскалённой горелке. Наёмники успели выхватить спрятанные под одеждой ножи с тонкими, узкими лезвиями, но не успели ими воспользоваться. Два тихих щелчка не вспугнули даже дремавших на ветке клёна воробьёв, однако навсегда упокоили сердца ассасинов. Дозорный с вышки ещё минуту разглядывал место бойни через оптику прицела, затем убрал «Выхлоп» в кейс и, сняв с крючка привычный АКМ, принялся через бинокль обозревать окрестности.