– Никогда ничего не происходит, пока это не произойдет.

Ее слова прозвучали настолько странно, что Леэло задумалась, не случалось ли чего-то во время дежурства Изолы, о чем они с Сейдж не знали. Вполне возможно, что чужаки попытались пересечь озеро без ведома жителей острова. Но о любом успешном вторжении тут же стало бы известно. Схватив чужаков, Стражи всегда предлагали выбор: Лес или озеро. Но при любом раскладе о чужаках больше никто не слышал.

Прежде чем Леэло успела спросить, что Изола имела в виду, из глубины дома раздался голос:

– Извините, это отец. Я должна идти.

Сейдж закатила глаза и повернулась к роще, даже не удосужившись попрощаться. Изола пожала плечами, извиняясь перед Леэло, и та улыбнулась. В течение семнадцати лет вся тяжесть вспыльчивости Сейдж ложилась на плечи Леэло.

У каждой розы есть шипы, напоминала их мать каждый раз, когда Сейдж говорила или делала что-то плохое. Сестра была вспыльчивой, но в то же время сильной, умной и неистово преданной. Леэло знала, что, если она попадет в беду, Сейдж придет на помощь, не задавая вопросов.

Они почти подошли к своему дому, когда движение в кустах привлекло ее внимание. Среди ветвей мелькнули темные волосы и бледная кожа. Леэло остановилась, ей в голову пришла идея.

– Ты права, нужно поработать над короной. Возьмешь мой лук и скажешь маме, что я скоро буду дома?

Сейдж с мамой переехали к ним, когда их отцы погибли в результате несчастного случая на охоте. Тейт был тогда совсем малышом. На Эндле не было ничего необычного в том, чтобы несколько поколений семьи жили вместе, но было редкостью, чтобы две сестры одновременно овдовели так рано.

К счастью, мама Леэло – Фиона и ее тетя Китти были находчивы. Китти взяла на себя заботу о небольшом семейном стаде овец, из шерсти которых мама Леэло ткала одежду. Эндланцы обменивались вещами и продуктами питания, поэтому было важно обладать навыком, которым мало кто мог похвастаться. Они не одни держали овец, но на всем острове Фиона делала лучшие изделия из шерсти. Вместе сестры могли обеспечить семью, но зимы всегда были скудными.

– Могу помочь, – предложила Сейдж, но Леэло покачала головой.

– Нет, не нужно. Тетя Китти ждет тебя. Я не задержусь.

– Ну как хочешь. – Сейдж взяла оба лука и вошла в дом. Когда дверь за ней закрылась, маленькая цепочка колокольчиков, висевшая на дверном косяке, звякнула.

Прошло еще несколько минут, прежде чем Тейт осмелился выйти из укрытия, боясь, что строгая тетя поймает его на уклонении от домашней работы.

Он так сильно вырос за последний год, что Леэло едва узнавала в нем мальчишку с волосами цвета воронова крыла, которого она помогала растить. Брат был так красив, что его часто принимали за девочку. Проблема решилась, когда он научился ходить и люди увидели его в штанишках, а не в юбке.