(Майлз) — Теперь Земля ваш противник. Если хоть один корабль покажется в секторах, принадлежащих императрице Катарине, то следующим я опалю вас. Никто не смеет угрожать ей.

Майлз раздавил коммуникатор и немного насладившись пламенем оставил мать и Лайлу в шоке и ужасе. Через пару минут повелитель пламени вернулся обратно в гостиную и сел за стол к брату, делая вид, что ничего не произошло.

(Сирена) — Мы видели в окне, как ты сделал прожарку того песика. Лицо твоей матери было таким. А, что? Было забавно.

(Сионис) — Ваша работа груба, но должен сказать, она весьма эффективна.

(Аизик) — Я связался с отцом. Он не прочь убить Кайлоса — императора псов. Этот шакал доставил ему много проблем на галактической арене. Так, что не переживай за свой поступок. Огонь только разгорается.

Майлз сидел молча и просто наслаждался своей проделанной работой. Через пару минут Лайла пригласила гостей в обеденный зал, чтобы те не пропустили утреннюю трапезу. Она отвела отряд в соседний зал, где был расположен многометровый стол, большинство мест которого были заняты другими членами династии. Майлз и Аизик сели рядом с местом Катарины, не обращая внимания на глазеющих на них отпрысков. Сирена и Роман сели в самый конец, где их было видно меньше всего. В скором времени вышла и сама императрица, которая что-то произнесла на старом забытом диалекте своего мира и приступила к трапезе. Пятый отказался от принесенных ему блюд и просто наблюдал за окружением, выбирая себе будущие цели. Сирена лишь пила фруктовое вино, которое подавали без ограничений. Майлз взял поднос с едой и хотел сесть рядом с остальными, но матерь попросила не покидать её. Наследник послушался и колеблясь, снял нижнюю часть своей маски, показав всем присутствующим своё истинное лицо. Обожженное и по истине ужасающее. Быстро управившись с трапезой, он надел обратно свою часть маски и стал обсуждать с Аизиком повреждения их судна. Но Катарина резко встала и представила своего единственного сына, который наконец решил посетить её и увидеть мир, которым он возможно будет править в дальнейшем. После этих слов многие не сводили с него взгляда. Майлз с силой выставил свой огнемёт на стол и направил его гостей.

(Майлз) — Знаете, я люблю огонь. Он опалил меня, но открыл секреты с помощью которых, я смог покорить само вселенское пламя. Но я не люблю, когда меня прожигают взглядом. Мне нет дела до вас кольчатые черви. Перебейте друг друга или сдохните в своей желчи хотения трона моей матери. Я буду тем, кто упокоит ваши желания праведной силой очищающего пламени.