Девушка с непониманием взглянула на своего отца.

— А откуда взялась эта чужая энергия? Чем Алекс, вообще, занимается на Полигоне? Судя по его нынешнему состоянию, это что-то очень опасное.

Павел Иванович молча пожал плечами, и ещё раз проверил состояние племянника.

— Он не рассказывает, чем занимается. Говорит, что это большая тайна, крайне небезопасная для тех, кто про неё знает.

— Но тебе он про неё рассказал! — обиделась Саша. — В отличии от меня…

— И мне не нужно было говорить тебе об этом.

— Папа, как ты можешь! Раньше между нами никогда не было никаких секретов!

— Если бы это был мой секрет, я бы тебе обязательно всё рассказал, но это секрет Алекса, — Шаховский серьёзно посмотрел на дочь. — Пойми, я не имею права, разглашать чужую тайну. Ты же сама потом будешь меня презирать…

— Извини, папа. Я понимаю.

* * *

Три часа спустя.

Тихий открыл глаза и понял, что совсем не чувствует боли.

— Как твоё состояние? — раздался взволнованный голос дяди.

— Вроде всё в порядке, — Яр приподнял голову и огляделся. — Мы что, у меня дома?

— А ты не помнишь, как вернулся? — нахмурился Павел Иванович.

— В голове сплошной туман. Хотя вроде что-то такое припоминаю. Я был в «личном кабинете» и собирался вернуться домой… мне нужна была помощь…

— Да, тут ты прав, помощь тебя была просто необходима. Твоё тело было переполнено чужеродной энергией. Знаешь, я до сих пор удивляюсь тому, как ты, вообще, смог двигаться в таком состоянии.

— С большим трудом, — улыбнулся Яр, — на чистой воле.

— Алекс, тебе нужно прекращать то, чем ты занимаешься в своих походах. Это уже не шутки, ты мог запросто «перегореть», и навсегда лишиться способностей ранкера!