— Сэр, — мягко продолжил пожилой сотрудник ФБР, — расскажите ещё раз, что вы делали в это время?

— Я разговаривал по телефону со своей секретаршей Линдой. Каждый вечер она делает мне полный отчёт. Она позвонила как раз в тот момент, когда я вышел на лестничную клетку. Возвращаться в номер мне не хотелось. И тем более у меня не было желания торчать на улице под дождём дольше, чем требуется для того, чтобы выкурить сигарету. Там как раз шёл дождь и дул сильный ветер. Сделайте запрос сотовому оператору. А теперь либо отпустите меня, либо предоставьте телефонный звонок, чтобы я мог позвонить своему адвокату! Я провёл трое гребаных суток под завалами и кое-как выжил, и теперь мне нужно лечение и покой.

— Можете быть свободны, Джон, — пожилой кивнул молодому напарнику. — Вилли, сними с него наручники и проводи до выхода.

* * *

Степан сидел в пикапе на съезде с шоссе на сорок восьмой миле. К десяти вечера сюда должны подъехать Кларк и Томми. Фиксов на всякий случай подготовился. В канаве у дороги лежали четыре двойника с винтовками.

Мэр и Шериф приехали без опозданий, чётко к десяти вечера.

Степан покинул салон автомобиля и встретил их на дороге. Томми начал кричать на него ещё из салона Мерседеса:

— Ты что натворил, больной ублюдок?! Ты взорвал целый отель вместе с собой, чтобы убить этого сраного бизнесмена?

Шериф вышел из автомобиля. Его лицо побагровело от злости. Брызгая слюной во все стороны, он продолжил вопить подобно разъярённому бабуину:

— Там погибли восемнадцать человек и больше ста ранило. Ты маньяк, тебя надо убить! На твоём счету уже две сотни трупов.

— Кто эти люди? — губы Фиксова изогнулись в улыбке человека, познавшего дзен. — Просто потерянные души, которые обрели покой. Цель выполнена. Дорогой мэр, не забудьте про пятнадцать процентов.

Степан резко развернулся и пошёл к своему пикапу. Шериф схватил его за ворот куртки и приставил к виску ствол пистолета.

— Ты должен стоять, пока я с тобой разговариваю, сучёныш!

— Убери ствол, — замер Степан.

— Ты что натворил, больной ублюдок?!

Мэр, стоящий в стороне, будто он не приделах, миролюбиво произнёс:

— Давай не будем ссориться с нашим мессией.

— Мудрые слова, Томми, — покосился в сторону шерифа Фиксов. Полноценно обернуться мешал пистолет у виска. — Мы все повязаны кровью, и ссориться нам ни к чему.

— Ты-ы… — глаза шерифа налились кровью.

— Если я захочу, то я разнесу весь этот чёртов городок вместе с твоим полицейским участком, если прикажу послушникам убить всех неверных. Ты меня понял, Томми?