В окрестных городах к северу, югу и западу паника только набирала обороты. Кроме того, о событиях в Нью-Йорке с помощью радио, телефона и телеграфа стало известно всему миру. Эти новости привели к величайшей панике, которой раньше не знал мир. Люди гадали, куда придется следующий удар неведомых летающих машин. В следующие несколько часов из больших городов: Амстердама и Лондона, Мельбурна и Буэнос-Айреса тысячи людей бежали в сельскую местность. И хотя в последующие несколько часов не пришло никаких сообщений о нападениях, паника меньше не стала.

Все правоохранительные силы рухнули перед волной анархии. Погибли социальные структуры, на создание которых ушли века. По всей Земле люди дрожали в ожидании возвращения неведомых захватчиков, чей первый удар по людям сокрушил сами основы человеческой цивилизации.

Глава третья

Только сейчас, оглядываясь назад и вспоминая происшедшее, мы видим, что исход событий был совершенно непредсказуем. Все сложилось из незначительных происшествий, на которые первоначально никто не обратил внимания. Благодаря им, не имеющим никакого отношения к этому повествованию, вышло так, что молодой Фрэнсис Уоррен и его самолет с ревом несся над серой равниной моря к острову Корсон.

В течении трех месяцев Уоррен, лейтенант Королевских ВВС, выполняя правительственное задание, совершал ежедневные вылеты, нанося на карты точные контуры побережья Земли Королевы Виктории — огромного острова, лежащего немного севернее побережья Канады. Монотонная работа, поэтому когда пришел приказ слетать на север, до острова, закованного в ледяной панцирь, лейтенант обрадовался.

Все это происходило утром 20-го. Лейтенант вылетел за несколько часов до нападения на Виннипег. Его маленький самолет-амфибия прокатился по короткому взлётному полю и взмыл в небо. После, сделав круг над аэродромом, Уоррен, отправившийся в этот полет в одиночестве, помахал рукой, прощаясь с теми, кто остался на земле, а потом, развернув свой аэроплан, взял курс на север.

Утро выдалось солнечным, и Уоррен, уютно чувствовавший себя в костюме с электроподогревом, ощутил накатившую волну холода — чистого воздуха, ударившего в лицо, когда взял курс на север. Он был уверен, что сможет добраться до острова, если внезапно не налетит буря, как часто бывает в Арктике.

Баки самолета были полны, он мог пролететь более двух тысяч миль, а до острова Корон было всего шестьсот. Туманная полоска земли позади вскоре исчезла из поля зрения. Гидроплан Уоррена скользил на высоте мили, и лейтенант краем глаза следил за дрейфующими внизу ледяными обломками. Кроме этих крошечных льдин, плавучих островов цвета слоновой кости, предвестников бескрайних ледяных полей, ничего не было видно. Впереди красное солнце уже клонилось к горизонту, знаменуя завершение короткого полярного дня. Последние лучи сверкнули на обломках льдин, а затем погасли. И когда ночь воцарилась над миром, в небе зажглись арктические звезды, с любопытством уставившиеся вниз на морские просторы, над которыми скользил одинокий аэроплан.