— Что-то я не чувствую в себе отличий, — усомнился я.

— И все же они есть.

— Может объясните? — попросил я.

— Не можем, это твое хобби — объяснять, не будем у тебя отнимать хлеб, — заявила дева гор.

— Наш новый план, собственно, с нами и связан, — продолжила Дубравка. — Тебя прокачать не удалось, будем прокачивать нас.

— О, — оживился я, — я только за, но меня, чтоб вы знали, и так в вас все устраивает…

— Да не сиськи мы прокачивать будем, — хихикнула Лала и слегка ущипнула меня за бок. Но тут же о чем-то задумалась и с хитринкой в голосе добавила: — Хотя, да, и их тоже.

— Если все сделаешь как мы скажем, то мы станем… берегинями, — заявила Дубравка, — и сумеем помочь тебе воссоединиться с нами.

Слово берегиня не было мне знакомо, и вместе с его произнесением пришел пакет данных, описывающий его основные значения: божество-хранитель. В отличии от термина «дракон», расшифровка которого была дана в трех томах, смысл этого слова был предельно краток и выверен. Возможно, русалки специально использовали его, чтоб не давать мне лишней, по их мнению, информации.

— Не, не пойдет, — отказался я. — Мы только что решили, что я главный в семье, мне и планы строить и реализовывать. А в вашем новом плане я опять на вторых ролях, от меня опять ничего не зависит…

— Не скажи, — усмехнулась Лала, — теперь как раз все от тебя зависит. Став берегинями, мы станем сильнее, но не ближе к тебе. Единственное что мы сможем сделать, это направлять тебя, чтоб ты постепенно становился ближе к нам.

— Ладно тогда, — как всегда ничего не понял я из их речей. — Излагайте.

— Через седмицу наступит Купала, — сообщила Дубравка

— Купала, обливай кого попало?

— Чего?

— Ну праздник у нас такой есть, тоже Купала, всех купаем на него, обливаем водой и радуемся.

— Дикари, — восхитилась Лала.

— А вы как празднуете? — насупился я.

— Парни и девки по лесу голыми бегают, придаются плотским утехам, через костер парами прыгают, требы богам кладут, гуляют и пирую всем миром.

— Ну да, куда как цивилизованнее, — улыбнулся я, представив себе прыжки через огромное пламя, как способ первобытной депиляции.