— Это что-то магическое? — насторожился я.

— Скорее древнее. Сайрис прав, это определённо дело рук зверян, — добавил маг огня.

— Колониям плесени на этой стеночке больше десяти тысяч лет, — неожиданно сказал Хеор.

Хаосит-гаруспик подошёл к стене, положил на неё руку, а затем прислонился лбом к камню.

— Нет, даже ещё больше. Я никогда прежде не видел такого. Мох имеет троистую структуру и собственное крохотное магическое ядро. Скорее всего, раньше он выглядел иначе и деградировал. Да и мицелий имеет необычненькую форму. Слишком правильные гифы…

— Если ты думаешь, что мы тебя поняли, то ты ошибаешься, — хмыкнул Сайрис.

— Это магические грибы, и раньше они питались маной. Так понятно? — пояснил Хеор.

— Значит, полуразумные волшебные растения, странные узоры, и раньше здесь был сильный источник магии? — подытожил я.

— Нет, — покачал головой Нир. — Источника магии здесь точно не было. Иначе это бы отразилось на силовых линиях.

— Агась, — кивнул Хеор. — И плесень вела бы себя иначе.

Я ещё раз задумчиво осмотрел всех собравшихся. Что-то меня смущало, будто я упускаю из вида нечто важное. В плесени я ничерта не понимал, да и до понимания сложной магии на уровне Нира мне было пока что далековато. Значит, дело не в этом. А то, что подобного я никогда не видел прежде, не вызывало сомнений.

А затем мой взгляд уткнулся в стоящую поодаль Дракошу. Девушка была непривычно молчалива и собрана. Обычно она первой пускалась во всякие споры, но сейчас она будто пыталась остаться незаметной. Странное поведение для той, кто всегда старается быть в центре внимания.

Я сосредоточился на эмпатии и поймал отголоски её истинных чувств.

Фай боялась. Причём не просто боялась — это был не страх неизвестности или опасения за свою жизнь. Скорее, это были неприятные воспоминания или тревожные мысли, о том, что не представляет непосредственной угрозы, но вызывает множество неприятных чувств.

Она определённо знала что-то об этом месте такое, чем не спешила делиться. Нет, вряд ли она бывала здесь раньше. Но вот сами узоры вызывали у неё явные опасения. Подобное чувство у меня было, когда я впервые столкнулся с разломом в мир Хаоса во время боя Тахиона с Накхом. Будто перед тобой нечто непостижимое и могущественное, способное раздавить тебя одним пальцем.

— Дракоша, ничего не хочешь нам рассказать? — спросил я у девушки.

— О чём? — всё ещё надеясь, что от неё отстанут, пиромантка невинно улыбнулась.

— Об этом, — ничуть не смутившись, я указал взглядом на стену с каменными узорами.

— Ах это… — девушка всплеснула руками. — Обычные руины цитадели асу, ничего примечательного.