Иногда они казались девочке единым существом, многоруким и многоногим, дышащим невпопад, чихающим, стонущим и храпящим.

Иногда казалось, что она сойдет здесь с ума.

— А давай-ка ты в кровать вернешься, а я за водой схожу, — предложила Линда.

Пальцы ее взлохматили рыжую гриву, и без того растрепанную, взгляд просверлил дверь, ведущую на хозяйственную часть дома.

Волнение и азарт, и самая капелька страха — как приправа для ощущений. Чувства девушки, такие вкусные, кажется, передались и ей, и Мия мотнула головой.

— Я здесь не останусь, — прошептала она.

Линда шагнула к своей лежанке и через минуту уже вернулась, в штанах и подпоясанная. Щеки девочки полыхнули жаром, она кинулась к своему месту — натянуть юбку. Сейчас бы из комнаты в одной рубашке выскочила! И пусть та закрытая и до середины бедра, но по местным меркам в таком виде ходить жуть как неприлично.

— Идем, — сказала девушка и шагнула к двери.

Заботливое участие, интерес, легкая злость. Мия протянула руку, чтобы коснуться спины Линды, но предупредить не успела.

— Лин.

Рыжая вздрогнула и обернулась. Взгляд девочки заметался: от Виктора, его синих глаз, в которых чудился укор, к зеленым глазам Линды, сердито сощуренным, полным негодования. Упал на ее ладони, скользнул по стали ножа. Мия на вдохе ахнула, пальцы взлетели к губам, гася вскрик. Витька хмыкнул.

— Опять за нож хватаешься?

Девушка вздернула подбородок.

— И что? Мне так спокойнее. Я же не Марго.

— Да, ты не Марго, — согласился парень. — Собрались куда?

— Не твоё дело.

Виктор вздохнул.

— Лин, не начинай, а?

Девушка фыркнула, ладони ее уверенно отправили оружие в ножны на поясе. Нож полагался каждой взрослой свободной девушке, но только Линда хваталась за него с такой охотой.

— Ни Хильды, ни Торна, — задумчиво проговорил Виктор. — И Дениса увели.