«Жду».

Не знаю, что прочитала по мне Ася, но тревога с её лица ушла, ушки перестали выражать обеспокоенность. А может просто услышала наш разговор? Да нет, вряд ли, тогда бы не пришлось Бурану утром транслятором работать… Да уж, утром. Столько всего с утра произошло, как будто неделю назад это бы… Стоп! Утром Ася очень боялась раскрыть нашу связь и даже использовала Бурана как переговорщика. Получается, она считала нашу с ней связь отличной от той, что связывает меня с питомцами. Что же тогда изменилось? Необходимость общения заставила разговаривать в присутствии Урга? Или сама связь стала другой? Как же много ответов и как мало тех, кто может дать ответ на неё.

Тем временем мы шли по растительному лабиринту, я ловил флэшбеки первого посещения подзема Хранителя и мучился от ужасной лесной вони. Назвать это ароматом смог бы только страдающий ну очень сильными проблемами вдыхания. Я понимаю, что нужно было создать трудности, а потому ширина дорожки с десятиметровой стала от силы четырëхаршинной, но могли хотя бы добавить ветра. Да, не реалистично, зато без вони. Ещё и каждое касание прибавляет её интенсивности, так что слишком все осторожно.

— У меня есть тряпка, лорд, могу одолжить, — произнёс идущий сразу позади меня Себеш.

Первыми вызвались встать в колонну трое Костоломов, остаток замыкал её, посередине уместились все остальные. Я оказался практически последний, между мной и подопечными Хельмнинга как раз разместился недолич.

— Зачем она мне? — недоуменно спросил я. — Вроде бы все детали брони на месте, прикрывать ничего не надо.

— Меня не обманешь, лорд, я всё вижу, — хмыкнул Себеш. — От вони пусть и плохо, но помогает ведь смоченная тряпка. Только воды у меня нет.

Говорить ему о том, что у меня воды хоть залейся, я не стал. Он знает, уже пил при всех по ходу боя с двукинжальщиками. Другое дело, что страдают все, значит и помощь нужна всем. Ну или почти всем.

— А ты, значит, в тряпке не нуждаешься?

— В неполном обращении в нежить тоже есть свои плюсы, лорд, — весело отозвался недолич. — Тряпка только у меня одна, на всех не хватит.

Следующие минут пять все шли молча, переваривая услышанное. Слава Аркату, согласия с преимуществами нежити в открытую никто не выразил, постулат о тяге к Свету ради одной некомфортной ситуации я менять не хотел от слова умох. Совсем, то бишь.

Но не только Себеш не чувствовал дискомфорта. Кандидатки в Красные феи огородили себя каким-то полупрозрачным зеленоватым пузырëм, явно с эффектом фильтра, но, в отличии от недолича, явно испытывали чувство вины.