— Что это за демарш такой? — удивился Сергей. — С чего вдруг такая неприязнь к Проекту?

— Да пошёл глубоко в жопу этот ваш Проект, — гораздо спокойнее процедил креативщик. — То его славянскую поделку наспех переделывай во что-то адекватное, то разрабатывай ему лично едва ли не нового бога. Он там совсем охренел уже, королём себя почувствовав.

— А теперь в полтора раза тише будь, сын, а то дядюшка Уолтер пропишет рицин, — прошипел безопасник. — Ты лично что-то из этого делаешь?

— Нет, но…

— Тогда к чему это глупое возмущение?

— Ему всё. И квест, и победа в конкурсе, и лояльные соседи под боком, и всё, чего он только пожелает. Разве он это заслужил?

— Отчасти, да, — спокойно ответил Сергей. — Конкурс он выиграл честно, попробуй ещё не прзнать это. Остальное — следствие квеста и не опротестованное в момент принятия решения по дочери подполковника через горы. Тогда ты почему-то молчал, с языком в той самой жопе, куда отослал сейчас. И все остальные молчали, согласившись, что для всех это будет лучшее решение.

— А бога и новый класс как ты объясняешь? — намного тише спросил Степан.

— А это, как сказал бы твой брат, наша неудачная ставка. Мы поставили на зеро и почти проиграли неожиданно оказавшемуся не таким податливым шарику. И сейчас мы вынуждены спешно разгребать свой просчёт, за что вам очень даже хорошо платят. И соцпакет у вас излишне высокий даже для Москвы уровне. Но одна мимолётом сказанная фраза в разговоре с Сергеем Михайловичем — и недовольные полетят со своих мест быстрее приснопамятной фанеры над Парижем.

На эту тираду Степан предпочёл промолчать, но его взгляд красноречивее любых слов говорил о его отношении к сказанному.

— Не надо завидовать, Степа, — вкрадчиво продолжил Сергей. — Аварии в двадцать один год, коме на сорок семь лет, атрофированной трети мозга. Не надо. Лучше радуйся, что можешь дышать реальным воздухом и смотреть на реальное солнце.

— С современным уровнем пп-технологий всё это не имеет значения, — буркнул креативщик.

— Что же тогда имеет?

— Тёмные гномы, которых мы год разрабатывали, а их взяли и выкинули.

— Правда? Выкинули? Подошли и сказали, что произошла полная отмена?

— Нет, — оторопев, выдавил Степан. — Просто сказали пока заняться другим.

— Вот видишь, не всё так, как ты себе напридумывал, — устало произнёс безопасник. — Попробуйте ещё подумать над этой идее, сделайте их не тёмными, а, скажем, любыми другими отступниками, хоть Илату привяжите, не думаю, что он будет против. Креативьте, это ваша работа. А Проект нам ещё понадобится, срывать на нём злость не надо.