Разработка стратегии потребовала времени.

Открыть нижний люк, не рискуя спровоцировать дожидающиеся войска на очередную атаку, явно было нельзя. Однако оставался шанс воспользоваться аварийным люком, который мы вскрыли первым.

— Я осмотрю его и перезвоню, — сказал Штрамм.

Мы отдыхали в лесу, подальше от глаз зеленых, выставив охрану со всех сторон. Уже совсем стемнело, и я, должно быть, задремал, когда голос Штрамма в моей черепушке быстро вернул меня в строй.

— Вы готовы?

— Говорите, и я буду повиноваться.

— Люк будет открыт через десять минут. Я спущу веревку, как только получу сигнал от вас. Хватайтесь за кольцо на ее конце…

— И карабкаться?

— Я тут приладил мотор, который вас вытянет. Не свалитесь.

— Весьма ободряюще…

Как и было намечено, Брам и несколько самых дюжих разведчиков дожидались под деревьями на опушке. При свете месяца я едва-едва разглядел темное устье аварийного люка. Оно казалось ужасно маленьким и ужасно высоким.

— Вижу шлюз…

— Бросаю веревку. Пошли!

Мы побежали — насколько могли бесшумно.

И напоролись прямиком на солдат, разлегшихся на бетоне. Несколько испуганных вскриков были оборваны молниеносными ударами деревянных палиц.

Потом я врезался в хвостовой стабилизатор и попытался схватить кольцо, медленно покачивавшееся надо мной вне пределов досягаемости.

Теперь на поле слышались крики со всех сторон, и зеленцы начали оживать.

— Брам, подкинь меня!

Отшвырнув палицу, он наклонился, схватил меня за талию и метнул вверх. Я ухватился за кольцо, едва сумев уцепиться кончиками пальцев, а затем прочно впился в него второй рукой.

— Уводи людей! — крикнул я, как только веревка резко дернулась вверх, чуть не вырвавшись из моей хватки.