Во-первых, они чаще гуляли либо одни, либо в компании гномов (пол ситуативен); во-вторых, их одежда была более мешковатой, походной, так сказать. В-третьих, у многих из них были молоты, которые до этого в глаза как-то не бросались. Необязательно на виду — они в том числе могли быть в сумках, к которым я тоже присматривался.

Пожалуй, самым примечательным был запах кислинки. Во-первых, он был немного более концентрированным и насыщенным. Во-вторых, эта кислинка, если совсем упороться в нечеловеческое восприятие, несла в себе оттенок какой-то руды. Нет, не какой-то. Самой разнообразной.

Я прикрыл глаза, досчитав до трёх, задумавшись над своим местом в нежизни.

Какой же херней я занимался…

— Тогда закрой рот и веди, — придавил я вздрогнувшую девушку-девочку (ну не могу я её воспринимать взрослой!) взглядом, почувствовав, что могу, если постараюсь, одним только желанием взорвать ей голову.

Её проклятье было и благословлением. Дай моя многоуважаемая подруга, посылающая мне время от времени знания в черепную коробку, этой дуре взрослое тело, и мой моральный блок в голове окончательно бы исчез. Я бы, сука, агрессивной лоле сразу показал, почему в прошлом мире поддерживал феминисток, стремящихся к полному равноправию.

«Область Пустоты»— пока одна из самых сильных и универсальных способностей, что у меня прорезалась. Я бы ей точно воспользовался, чтобы отыграться за энергетические нервные клетки. Лишь бы, собака, дал кто-то возможность освоить в полной мере эту силу.

Тора не говорила, что конкретно мы ищем. Нет, понятно, что не «что», а «кого», но этот «кто-то», скорее всего, был местным жителем, который умудрился скрыть своё существование так, чтобы и верные последователи Богинь не могли вот так сходу найти легендарного создателя супер-пупер меча. Должна была быть одна понятная ей наводка.

Это всё усложняло. Мы с девушками пытались донести упёртой гномихе, что тоже можем помочь, но это не приносило никакого эффекта. Скорее, мы только больше раззадоривали её этим и мотивировали раз за разом проходить мимо одного и того же места, а именно — мимо какой-то пекарни.

Запах свежего теста начинал вызывать у меня не самые светлые ассоциации ещё на втором кругу.

Сука, мне эта Мари ничего не сделала, но я уже ненавидел её пекарню всей своей больной душой.

Особенно на фоне того, что время близилось к вечеру, и, как ни странно, девушки уже были голодны. Поняли мы, что нужен перерыв, когда желудок Айры забурчал так громко, словно у неё там обитал личный дракон.