Возле входа нас встретила местная новая достопримечательность.

— А ты ещё более отчаянная, чем я думал, — даже как-то уважительно присвистнул я.

— Я добьюсь прощения Мари-доно ценой всего! — сурово заявила лоля.

В её глазах читалась решимость, которая и не снилась её отцу.

Сидевшая возле входа лоля была уже порядком потрёпанной. Доходило до того, что к ней уже несколько раз подходила стража с обычными жителями, предлагая помощь маленькой девочке. Саму маленькую девочку это бесило неимоверно, только больше, кажется, мотивируя.

Благодаря Торе мы убедились в том, что Мари была удивительно терпеливой: женщина достопримечательность не прогоняла и ночью даже немного подкормила булочками, чтобы та случайно не умерла от голода. У меня в принципе создалось впечатление, что малоэмоциональная мадам принадлежала одному из популярных течений Интернета с участием холодной снаружи, но тёплой внутри героини. Ну, или типа того. Конечно, это не помешало ей прямо на наших глазах сломать челюсть особо настырному клиенту, который пришёл не за булочками, а за вниманием симпатичной владелицы пекарни. Вполне вероятно, что в этом крылась основная причина удивительной непопулярности заведения, и нашей вины здесь изначально не было.

Нельзя было отрицать и то, что гномке решили устроить тренировку по какой-нибудь бразильской методике.

Внутри царила атмосфера фальшивой стабильности. Мари, получая от этого нескрываемое удовольствие, пекла булочки; Айра эти булочки за милую душу уплетала; тройка Героев сидели за отдельным столом, что-то обсуждая. Пожалуй, они выглядели самыми мрачными, магическая мечница так вообще будто закаменела, смотря куда-то в никуда.

Как я уже сказал, о том, что никакого легендарного меча им не будет, ребята уже должны были знать. Мари не делала из этого секрета.

— Какой приятный запах, — восхищённо прошептала Рена, размахивая заинтересовано хвостом.

Мари кинула ленивый взгляд на новую посетительницу, на секунду нахмурилась, после чего, явно поленившись развивать мысль, продолжила заниматься своими делами.

Меня что-то смущало, — эта мысль преследовала меня с той самой минуты, как мы встретились с Реной. Не говоря уже о том, что ситуация была странной, поведение женщины казалось каким-то… неправильным. Её эмоции были абсолютно искренними, она казалось душой компании, которая быстро смогла взять в оборот всю пекарню, но меня продолжало не покидать ощущение чуждости. Учитывая, что даже у шляпки мелькали подобные мысли, я всё больше думал над тем, что нам нужно начать действовать как можно скорее.