Женщина кинула выразительный взгляд на бьющуюся в конвульсиях пылающую пламенем ящерицу-себя, как бы намекая, что тут у взрослых дела, и что детишкам здесь не место. Да так выразительно, что на лице Богини Жизни проступила обида.
Такая, чисто детская, совсем девичья.
С другой стороны, Богиня Леса была намного спокойнее:
— Ты выглядишь намного лучше, чем раньше, — улыбнулась женщина. — Мы рады видеть, что ты… восстанавливаешься.
—
Злобная частица Королевы драконодевочек зарычала ещё яростнее, почему-то недобро уставившись на Богинь. Всё же, какая-то связь у них всех, видимо, продолжала быть. Либо проблески обиды конкретно на местных Верховных. В принципе, есть за что.
Верховные Богини стыдливо переглянулись. Богиня Жизни попыталась что-то сказать, но сама себя заткнула, опустив голову. Богиня Леса, окончательно пав перед традициями и нормами суровых японских колонизаторов, глубоко поклонилась перед Королевой драконодевочек.
— Нам очень жаль, Азура. Сначала мы боялись твоего гнева, затем п-появились другие проблемы…
Азура какое-то время смотрела на мнущихся Верховных Богинь, после чего вновь фыркнула.
—
Я задумчиво кивнул.
К сожалению для местных потерянных для общества Богинь, время каких-то пространных разговоров закончилось. У меня уже тупо сил не было с ними общаться.
Богини удивлённо выпучили глаза, стоило моей силе вырваться. Женщины, словно дикие кошки, подскочили. В прошлый раз Верховная Богиня меня выпнула из собственного пространства, словно того самого котёнка. Ещё и воплотила себе девять лисьих хвостиков (Богиня Любви про них и не забывала!), что я, естественно, не забыл.
Это было слишком подло.
— С-стой, Кирчик, м-мы!..
Пространство моего сна стало напоминать песок и сыпаться, всё поплыло. Сила Богинь вырвалась, они попытались защититься, но, к сожалению, за последние дни я получил столь ценную для себя практику собственной силы. Не так много, как хотелось бы, и всё же — я хотя бы увидел, на что способен. Не в теории, а на практике.
«Ужас Богов» я, или кто?..