Сера понимала, что сейчас к ним вроде бы медленно, а вроде бы и безумно быстро приближается проявление природы. Странной, чуждой, относящейся к настоящей «природе» примерно так, как лава относится к воде, но — природе. Такой же неостановимой и неизбежной.

Уже одного этого существа хватало, чтобы Сера чувствовала, как к горлу подступал ком. К сожалению, на этом ничего не заканчивалось.

Сера сидела в своём саду прямо на продолжавшем падать снегу, прислушиваясь к земле. Девушка знала, что что-то не так. Она чувствовала это. Королева Демонов нынешней эпохи была во многом особенной: мало того, что она была сильнее большинства Королей, что знала по факту собственного перерождения, так и более…

Пожалуй, умной.

Сера, ознакомившись с историей особенно тщательно, пытаясь найти любые упоминания Моруса де Нокс Ара, могла с уверенностью сказать, что её предшественники не страдали интеллектом. Это было понятно по их действиям, которые в большинстве своём сводились к тому, что они, словно подыгрывая Героям, отправляли к ним своих слабейших подчинённых, чтобы Герой с ними справился и получил нового, чуть более сильного противника.

Это было чуть ли не традицией, и все к этому нормально относились! Какое же безумие!

Самое же печальное, что про самого Моруса девушка исчерпывающе мало.

Девушка предполагала, что в момент рождения избранники Богини как минимум частично лишаются разума. Справедливости ради, даже сама Сера толком и не помнила, кем была до собственного становления Королевой, но то, что она могла мыслить, — это факт.

Происходило что-то ужасное. Дело было не только в Чудовище, которое с каждым часом становилось всё ближе, погружая всё её королевство в лёд, и совсем не в Героях, которые, как узнала Сера из последней сводки новостей, объединилась с Чудовищем (кто бы сомневался?).

Нет, дело было в странном древнем демоне, прислужнике Короля Демонов прошлого, который захотел освободить их Богиню, и самой Богине. Особенно Богине. Особенно-особенно-особенно Богине! Каждая частичка снега несла след её силы. Сера прекрасно помнила те чувства, которые охватили её сущность, когда Богиня её благословила: она почувствовала свежесть. Силу, которая была довольно жёсткой, но при этом удивительно к ней чуткой и создававшей приятное ощущение весёлого, несмотря ни на что, холодка.

Этот же снег был не таким. Он всё ещё освежал, всё ещё был жестокими и чутким к ней, однако…

Каким-то пустым. Не фальшивым, а именно что пустым. Вызывающим чувство тоски и какой-то странной лени, апатии. Ей будто бы само подсознание шептало, что ничего не имеет смысла, что всё можно отложить, забросить, дать возможность идти своим чередом и просто…