Теперь вот к ней в руки попал самоубийца, решивший воткнуть себе нож в грудь прямо на глазах у жены. Бедная женщина стояла чуть в стороне, слёзы на её щеках уже пересохли, однако взгляд продолжал выражать всю ту боль, которую она испытывала. Её присутствие доводило Эмму до отчаяния. Ей хотелось наорать на Веру с Надеждой, спросить их, почему они так медленно отреагировали.

«Он бы мог выжить!»

Глубоко вдохнув, она попыталась ещё раз, на этот раз реверсировав поток энергии. Она почувствовала, как из мертвеца выходят последние остатки его жизненных сил, проходят через детей Саргия и возвращаются снова в её руки. Сосредоточившись, она попробовала вложить эту горстку жизни в тело крестьянина.

На секунду ей показалось, что мужчина задёргался — но это она сама трясла труп несчастного, пытаясь его оживить.

— Всё, — упавшим тоном заключила она и поднялась на ноги. Вера с Надеждой, державшие её за плечи, отошли в сторону. Надя явно была раздосадована, лицо Веры же искрилось сожалением и заботой. Она подошла к женщине и молча обняла её. Только тогда вдова снова заплакала.

Эмма отвернулась. Не могла видеть такое горе. Она стала поразительно чувствительна к чужой боли, а учитывая, что благодаря её силам за эти полгода никто в деревне не погиб, сегодняшняя смерть была подобна удару под дых.

— Я… я сделала всё, что смогла, — произнесла она, запинаясь. «Ты могла намного больше!» — пилил её внутренний голос.

— Всё в порядке, — Вера отпустила женщину и повернулась кЭмме. Её пепельные волосы прилипли к щёкам, покрытым потом. — Мы тебя не виним.

Эмма кивнула, но легче от слов дочки Саргия ей не стало. Надежда же никак не прокомментировала её провал, только знаком позвала солдат и приказала убрать тело. Те распахнули белое покрывало и обернули в него труп.

Холодный ветер принёс со стороны реки запахи влаги и свежескошенной травы. Эмма обняла себя руками, стараясь не дрожать. Она даже не заметила, как начала царапать кожу сквозь одежду — лишь бы почувствовать что-то, кроме разочарования и вины.

Крестьяне, сбежавшиеся поглазеть на воскресение мертвеца, начали расходиться по домам, вполголоса обсуждая произошедшее. Сыновья Саргия молча стояли в сторонке. Володя уставился на горизонт, глубоко вдыхая и выдыхая, его кудрявые волосы развевались на ветру. Дима сосредоточенно думал о чём-то, теребя подбородок. Витя же, как всегда, выглядел разбитым и испуганным. Стоило им снять шлемы, как они теряли всю грозность. Просто кучка подростков, одевшихся в архаичные доспехи, которые теперь казались им большими.