Зачем нужен? Поди, разбери, мастер был слишком занят награждением меня различными эпитетами и внеочередными званиями. К счастью, пока мы с командой размышляли — а не вырубить ли нам Зоркого глаза от греха подальше, Вафу вдруг сменил тему и потребовал немедленно высаживаться на Сицилию и явиться к нему лично для какого-то важного дела. Причём не одному, а вместе с командой. Выражаясь точнее — с самыми разумными представителями нашего странствующего балагана. Попутно Вафу потребовал включить нейролинк («или я сделаю это сам, и тебе не поздоровится») и беспрекословно принимать все поступающие предложения, когда — и если — они снова поступят.

Вывалил на меня всё это, как цистерну с дерьмом, украсил сверху вишенкой: Люси передаёт привет! И был таков, оставив Зоркого глаза в непродолжительном беспамятстве. Пьер поржал с нашей беседы и высказался лаконично:

— Чёрта с два!

Циклоп, хмуря брови, молча о чём-то размышлял, а Зоркий глаз, придя в себя, снял правую линзу и сосредоточенно ковырялся в голове тоненькой отвёрткой.

— Ну, так что? — Спросил скучающий Натан, когда всё улеглось.

— Проверь приборы и снижайся, чёрт с ним, — скомандовал Лоуренс. — Посмотрим, что этот старый пень скажет. И вообще, пора прекращать использовать Зоркого как аватар.

На этот раз дорога до Малых Сиракуз выдалась долгой. Сверившись с состоянием атмосферы, Камикадзе начал приземление с засушливой стороны планеты, после чего мы долго летели над пустошами к медленно приближавшейся дождевой завесе. Грозовой фронт раскинулся вдоль горизонта сплошной тёмно-синей стеной. Дождь заслонил Про-Полис и ближайшие поселения. Лишь очертания редких небоскрёбов вырисовывались на фоне штормящего неба, и когда мы подлетели ближе, казалось, что почерневшие от грязи стены источаются, оплывают под нескончаемыми потоками воды. Частые молнии, взрезая небеса, цеплялись за ячеистые клетки куполов и стекали по ним, минуя жилые районы.

— Дальше лететь не сможем, — подытожил Натан, — разве что над тучами. Но такое себе. Блохи не рассчитаны для полётов в грозу. Электронику замкнёт.

— Интересно, оно так и будет хлестать три месяца? — поинтересовался Пьер. — Это ж сколько денег вбухано в установки!

— Думаю, через несколько дней поутихнет, — предположил Циклоп.

— Значит, сяду на монорельс, — сказал я.

— Камикадзе, садись рядом с ближайшей станцией, — решительно заявил Циклоп и нацепил на повреждённый глаз повязку. — Подождёшь нас тут, а мы нанесём визит вежливости мистеру Вафу.

— Ты всё-таки предлагаешь переться туда вместе? — недовольно пробурчал Нанобот.