— Вот пока ты не спросил, как-то на этот счёт даже не думал. Теперь же вдруг вспомнил. Было! — Через лоб Тиль пролегла глубокая морщина, и он принялся задумчиво тереть подбородок.

Возникла пауза, в течение которой Малк весь аж подобрался как перед прыжком. Он ждал чего угодно. Послания — огненными буквами на чёрном фоне — с требованием явиться туда-то и туда-то, чтобы сдать перо и сведения о носителях императорской Родословной. Картинки с видом на подземный каземат, где на гнилой соломе лежат его родственники. Просто символического меча Архонта с капающей с лезвия крови… Но никак не того, что Тиль вдруг заржёт и объявит:

— Бордель я видел, самый лучший в Борее. И ждущих меня там прекрасных телом чаровниц!!

— Вот ты гад! А я ведь купился… — скривился Малк и, отвернувшись, принялся собирать задействованный в обряде реквизит.

— Ха! Считай это местью за всё мной пережитое, — осклабился Тиль. Однако уже через мгновение он перестал улыбаться и уже иным тоном сказал: — А вообще… Малк, никогда не думал, что такое когда-нибудь по своей воле это скажу, но… я твой должник. И дело тут даже не в вызволении из рабства и не в возвращении домой, а… ты вернул мне самого себя. Такое не забывается!

— Сочтёмся, — отмахнулся Малк, как-то успевший разочароваться и в людях, и в их способности помнить добро. А потому относящийся к словам Калакара как к некоей форме обычного спасибо.

Вот только Тиль это его отношение уловил и… принять не захотел.

— Серьёзно. Как только доберусь до дома и поговорю с отцом — обязательно подумаю как отплатить тебе за всё! — твёрдо сказал он.

И тут Малк уже не выдержал.

— Как отплатить, Тиль? Сам же говорил, что вы изо всех сил пытаетесь дворянство получить. Вся родня над этим работает. И тут ты со своими долгами и обязательствами. Просто забудь! Я спас тебя, потому что мне это было выгодно и… потому что мог это сделать. Вот и всё. Никаких плат и прочей ерунды. Ясно?

Калакар мрачно кивнул. Однако, судя по решительно под поджатым губам, всё равно остался при своём мнении. Ну да его право, свою позицию Малк озвучил. И загремел хранящимися в купленном ещё в Арктавии саквояже склянками. Уж что-что, а их содержимое было для него гораздо важнее, чем пустые обещания, которые никто не собирается выполнять.

В каюте повисло неловкое молчание. Малк в принципе не желал общаться, Тиль же никак не мог найти подходящей темы для беседы, так что обменявшись ещё парой ничего не значащих фраз, они, наконец, расстались. И Малк смог позволить себе немного расслабиться.

— Честный какой выискался. Интересно, это у него последствия вселения Младшего Магистра себя так проявляют или он всегда таким был? Что-то подсказывает мне — первое. Его собственная натура, разве что в разврат может отправить, а никак не на путь человека слова, — скривился Малк, обращаясь в дальний угол каюты.