Он потупил взгляд, вспомнив свои опасения.

– Вот, – Мариан ткнул пальцем в книгу, – в ней написано про это. Только королевские вампиры могут рожать. Королевские, и только с избранными.

Ален посмотрел в книгу, как будто что-то понимая.

– Оу, я избранный? Как так? Когда я им стал?

– Когда она выбрала тебя.

– Как мило. И что пишут про ребенка? Какой он будет? С руками и ногами, надеюсь?

– Бенедект знал все, – продолжил Мариан, не обратив на его слова внимания. – Ему рассказал об этом сам Цепеш. Монах должен был охранять его дочь, пока не подготовит преемника, то есть меня. Я должен передать ее избранному, совершив Диаблери. – Он тяжело вздохнул. – Передам ее тебе, Ален Дандевиль. Береги ее. Она была для меня семьей, моей сестрой. Моей жизнью. Она самое дорогое, что у меня есть.

– Я сделаю все и даже больше, чтобы она была счастлива. – Ален встал и положил руку ему на плечо. – Ты это знаешь. Теперь она – моя семья. Но ты, Визард, тоже, черт, стал моей семьей за последнее время.

– Да, да. – Мариан улыбнулся, кивая. – Даже не мог предположить такое раньше. Но кровь мою ты пить не стал.

– Прости, не смог себя пересилить, – рассмеялся Ален.

Они замолчали, каждый задумался о своем. Для Мариана жизнь уже изменилась и изменится в корне после ритуала Диаблери: он начнет стареть. Он станет жить нормальной человеческой жизнью, создаст свою семью, заведет жену и детей. И умрет. Счастливый и одновременно свободный. Вот только жаль, что он не сможет наблюдать, как будет расти их ребенок, в кого он превратится, как будет складываться его будущее? Встретит ли Лия своего отца? Простит ли она его? Будет ли он рад своему внуку? Ведь в венах ребенка будет течь королевская кровь.

– Я хочу увезти Лию отсюда, – сказал Ален, прервав его размышления.

Мариан удивленно на него посмотрел. Вот и все. Так они и расстанутся с Лией после века скитаний.

– Куда? Во Францию?

Ален кивнул.

– Она должна родить не здесь. Увезу ее подальше. Конечно, правильнее было бы ей родить в Румынии – на родине вампиров, на ее родине. Но это слишком опасно. Сейчас Румыния уже не та, что была раньше. – Он помолчал, обдумывая свои слова, и продолжил: – Мы поедем во Францию, на родину моего отца. – Ален посмотрел в глаза Мариану, потом на лестницу. – Пообещай мне кое-что, Визард.

Мариан напрягся. О чем Ален Дандевиль мог его просить? И, кивнув, внимательно посмотрел на него.

Ален подошел к камину и снял стекло, защищающее очаг. Просунув в глубь очага руку, он достал шкатулку из темного дерева. Затем сел напротив Визарда, поставил ее посередине стола между ними и открыл. Взору Мариана предстало содержимое шкатулки: деньги, связки ключей, документы, какие-то бумаги. Ален вытащил ключи.