— Боюсь, это не новость. Как бы то ни было, я благодарен за наводку. Одной проблемой меньше. А что до твоей сестрицы… — он взглянул на море, где на горизонте под лучами восходящего солнца красовалась небольшая яхта. Судно явно держало курс на берег. — Полагаю, она либо в усадьбе Воронцовых, либо на том кораблике. Причем я ставлю на кораблик.

Он закурил и облокотился о перила причала, задумчиво глядя на горизонт. Залив успокоился, ветер стих, и окружающий пейзаж казался почти идиллическим. Кабы не распластанное на деревянном настиле тело графа Шувалова.

Пару минут мы стояли молча. Я все так же безуспешно пытался докричаться до Корфа и Бестужева — глухо, как в танке. Ищейки явно работали под мощным куполом.

— Ладно, дальше ты сам разберешься, — сказал Радамант и бросил недокуренную папиросу в песок. — Бывайте, ваше сиятельство.

Он развернулся, снова поправил шляпу и неторопливо направился в сторону дороги. Я подавил порыв броситься за ним. Зачем он мне теперь? Мертвецу в голову не залезет, ничего толком не считает, если только в нем случайно не откроются таланты психометриста. А меня сейчас куда сильнее заботили поиски Ольги, нежели расспросы об Ордене Надежды.

Я пригляделся к яхте. Красивая посудина, и шла точнехонько к частному причалу во владениях Воронцовых. Что ж, даже если это не та яхта, я мог попытаться что-нибудь выяснить. Оля уезжала сюда и должна была остаться здесь на ночевку. А у меня, как у ее брата, были основания требовать информацию от слуг в любое время дня и ночи.

Этим и воспользуюсь.

Стараясь идти не по песку, а по дощатому настилу, я поспешил в сторону Воронцовой дачи. Благо здесь было совсем рядом — общественный причал утыкался в территорию князя восточной частью. Добравшись до ограждения, я не стал перелезать, а направился к воротам. Пришлось пройти с добрый километр, и только когда я оказался перед заветной оградой, вспомнил, в каком виде сюда приехал.

В больничной полосатой пижаме и резиновых, блин, тапочках. Эксцентричненько.

Что ж, по крайней мере местные слуги знали меня в лицо. А что до нестандартного вида — так слуг годами дрючили сохранять невозмутимость в любой ситуации.

Я нажал на кнопку звонка, и через несколько мгновений из сторожки вылез взъерошенный, но отчаянно бодрившийся охранник.

— Чего тебе?

— Михаил Николаевич Соколов, сын графа Соколова. Требую информацию о местонахождении моей сестры Ольги Николаевны.

С каждым моим словом сна в глазах охранника оставалось все меньше.

— Эмм… Пардон, ваше сиятельство. Не признал вас в… Очень по-домашнему выглядите. Случилось чего?