Теневой шаг сократил расстояние до эльфа, будто опешившего от возможности несрабатывания заклинания. Мои пальцы ворвались в гущу молнии и обхватили обжигающе холодный кристалл. Эльф забился в судорогах, но я одним движением вырвал камень и сжал в руке.
Перед глазами заплясали надписи, отчего-то разного размера, идущие вразнобой, будто гримуар сломался.
Сжавшая камень рука покрылась черными венами, а ногти начали стремительно расти, превращаясь в когти хищника.
Кончики пальцев почернели, а когти окутались черным дымом, который подсвечивали крохотные зеленые искорки. В груди что-то сжалось, и я почувствовал, как собственный духовный кристалл наполняется силой.
Я сжал когтистую лапу, заменившую мне руку и земля дрогнула, послушная мое воле. Послушная моей воле мана текла огромным потоком, доступный мне прежде крохотный ручеек превратился в бурлящий поток, черпаемый прямиком из реальности. Эльф с копьем провалился в разверзшуюся яму и застыл, сжатый между двумя сжимающимися плитами. Я повел ладонью, и земля сошлась обратно, перемалывая незадачливого воина. Мечника я прикончил более оригинально – призвал тяжелый валун над его головой, разбивая эльфа вдребезги.
Едва я закончил заклинание, как рука вернулась в обычное состояние, а камень рассыпался черным, зернистым порошком. Присмотревшись, я увидел под ногтем мизинца крохотный черный символ – F. На моих глазах начали проявляться остальные буквы, пока не сложилось знакомое имя – Framus.
Голова начала раскалываться от боли, я упал на колени, а перед глазами плавали цветные всполохи, складывающиеся в картину. Изображение мерцало и переливалось, словно смотришь в отражение на воде, но я смог различить огромного мужчину, восседающего на многометровом троне. К телу мужчину были подсоединены многочисленные трубки, заполненный густой синей жидкостью. Голова мужчины резко повернулась, взметнув длинные черные волосы, и мы встретились глазами. Оба его глазных яблока были подернуты синеватой дымкой, словно застланные бельмом.