Тут дверь аудитории распахнулась и число присутствующих в ней увеличилось ещё на одного человека в военной форме.

— Приступим, — громко произнёс он хорошо поставленным голосом.

Профессор подошёл к столам с костными препаратами. Вдруг замер, повернулся к нам. Лицо его не сулило ничего хорошего.

— Кто? — прозвучало в почти гробовой тишине.

Курсанты начали переглядываться. Вопрос был не совсем понятен.

— Кто папиросу в cranium вставил?

Ответа на свой вопрос профессор не получил.

— Кто? — уже в третий раз задал вопрос Владимир Николаевич.

Виновник продолжал не сознаваться.

— Достать портсигары! — уже со злинкой в голосе произнёс профессор.

Курсанты полезли в карманы. На свет были извлечены различные вместилища для папирос.

— Я не курю… — робко прозвучало со стороны одного из первокурсников.

— Это прекрасно. Кто ещё не курит?

Трое из присутствующих подняли руки.

— Открыть портсигары, — последовала очередная команда.

Курсанты почти одновременно нажали на кнопки своих предметов личного пользования. У многих они были серебряные, с чернением или украшенные перегородчатой эмалью. Такого, как у меня, ни у кого не было. Мой сосед справа не удержался и цокнул языком.

Профессор по очереди начал подходить к каждому из владельцев портсигаров. В руке у него была папироса, извлеченная из челюстей человеческого черепа.

Мой портсигар вызвал у профессора интерес.

— Позвольте.

Я вложил подарок императора в протянутую профессорскую руку.