— Война! Война! Германцы напали!!! — продолжал орать продавец газет.

Я отошёл в сторонку, достал из кармана подарок императора. Закурил.

Да. Тут не то, что закуришь.

Я здесь не так уж долго, а опять — война. Не дают никак России спокойно всякие ироды пожить.

Эта, насколько я помню, покровавей японской будет…

Глава 2

Глава 2

Глава 2 Газетная война

Про то, что война будет, я знал. Причем — мировая.

Однако, тут она почему-то раньше началась, по времени вперёд сдвинулась. Может, и окончание её для России более благоприятным будет?

Впрочем, гадать нечего. От самого меня мало что зависит, но в стороне я стоять не буду.

Родину надо защищать.

Россию.

Князь уже с полгода как уверен был, что с Германией мы схлестнёмся. Россияне и подданные Вильгельма кровушкой умоются. Даже не умоются, а с головой в неё окунутся. По самую маковку.

Такие выводы он из «газетной войны» сделал. Так он это явление социальной реальности называл. По его словам, пресса, как в России, так и за рубежом, общество к войне уже загодя готовила, рыхлила почву, куда будут брошены зерна сложных политических решений.

Александр Владимирович не только свободно говорил, но и читал на многих европейских языках. На столе в его кабинете ведущие периодические издания из многих стран постоянно присутствовали. Причём, не для создания антуража.

В феврале, когда я в воскресный день к князю на обед был зван, он по кабинету как заведенный туда-сюда расхаживал. Вид у Александра Владимировича был весьма озабоченный.

— Смотри.

Мне была протянута газета. «Kölnische Zeitung».