Второй день пути, не смотря на утреннее зрелище, не оказался чем-то более сложным, чем первый. Все те же руины, все те же монстры. Хотя нет, последние явно прибавили в разнообразии, а появление хищных растений чуть не стоило Дельфине жизни — она проходила слишком близко в обычной и ничем не примечательной стене, обросшей темно-зеленым лишайником, когда из-под растительного покрова на неё бросились тонкие нити, покрытые липкой жгучей кислотой. Спасли девушку только прочность бронекомбинезона, да Мирина, которая с перепугу шарахнула по хищному кустику натуральным огненным шаром! А потом долго краснела под благодарными, но такие ехидными взглядами напарниц. Просто… огненный шар — это не самое практичное заклинание. Можно даже сказать, очень непрактичное: долгий каст, медленный полет снаряда, низкая относительная простота блокировки и слишком большое потребление энергии. Если у пользователя заклинания нет какой-то особенной предрасположенности к огненной стихии или улучшенной версии заклинания, то обычно огненный шар является просто способом… выпендриться перед несведущими людьми. Или покрасоваться на публике. Или «поиграться» с магией. И если ведьма на внезапную угрозу рефлекторно отвечает чем-то настолько непрактичным и эффектным, то это многое говорит о её «играх» в свободное время.

— Ум, не будем об этом, давайте? — отчаянно краснея, все же попросила первокурсниц платиновая блондинка.

***

Две женщины сидели за угловым столиком в небольшом «баре для своих» и с крайней задумчивостью смотрели друг на друга, потягивая из довольно больших кружек утренний кофе. Обе были молоды, имели длинные волосы и крайне уставший вид, словно не спали уже пару суток. Одна была огненно-рыжей и зеленоглазой, носила походную рясу служительницы церкви и при себе имела небольшой чемоданчик со священной символикой. Вторая обладала волосами странного зеленовато-бирюзового цвета, уложенными в два мудренных «мышиных ушка» и фиолетовыми с серебристым отливом глазами. А еще красавица могла похвастаться бледной кожей, чуть выступающими из-под верхней губы клычками и строгим аристократическим нарядом.

Впрочем, долго одни они не сидели и вскоре к их столику подошел высокий (около двух метров) статный мужчина лет сорока с коротким ежиком рыжих волос, легкой щетиной на плоском лице с приплюснутым мясистым носом и в квадратных массивных очках. Он с улыбкой обвел взглядом напрягшихся девушек и дружелюбно улыбнулся (и плевать, что от «дружелюбия» в этой улыбке матерые грешники обычно сами каются и бегут в далекие монастыри быстрее собственного визга).