— Но отметить её все же надо, — отложила женщина листок в отдельную стопочку. — Если она хотя бы вполовину так же талантлива, как мать, то должна далеко пойти… Главное, чтобы не по стопам родителей.

Еще несколько дел спустя она вновь остановилась и задумчиво посмотрела на очень нестандартную анкету. Очень и очень сильно нестандартную.

— Нэнси Оил.

С фото на неё смотрела хмурая кареглазая шатенка с копной кое-как уложенных вьющихся волос. Одно то, что девушка прибывает к ним аж с Островов было необычным, ибо не любят жители тех краев климат Туманных Земель. А уж приписка, что та до недавнего времени практиковала боевые искусства, в которых достигла мастерского звания, и лишь только год назад вдруг принялась за магию, вообще ставят в тупик. И приписка «по семейным обстоятельствам» никак не поясняла ситуацию.

Ну а тот факт, что прибывала мисс Оил на неделю позже официального начала учебного года вызывал в секретаре лишь глухое раздражение. Да, она понимала, что путь с Островов неблизкий, да и маршрут довольно сложен, а предсказать капризные океанические течения не каждый пророк сможет, но… Можно же было просто выехать раньше?!

Но все же взяв себя в руки и отбросив личное возмущение, женщина попыталась рассудить беспристрастно. И через десять секунд отправила анкету в общую стопку. Ибо всего год на подготовку смотрится очень блекло, будь она хоть трижды мастером БИ.

— Ну, только если у неё не прорежется вдруг какой-нибудь чудовищный талант, — иронично хмыкнула секретарь.

Её смешок невольно повторила Анхельма — одна из немногих выживших богинь Терры. О да, она-то могла оценить всю иронию ситуации…

***

Поезд плавно качнулся, отправляясь с перрона. Дельфина, сидя у окна, неотрывно смотрела на силуэт отца, который остался среди жиденькой толпы провожающих, до тех пор, пока это вообще было возможно. А после просто наблюдала за проносящимся мимо пейзажем пустым взглядом.

Постепенно сходящий утренний туман обнажал холмы, леса, луга, посевы и болота, подставляя их под свет двойной звезды. Мерный перестук колес вагона, сквозь который доносились приглушенные голоса других пассажиров. Ее собственное мерное, медитативное дыхание. Ощущение дорожного платья на коже и поверхности столика под пальцами. Казалось, все это заменило мысли в её голове, вытеснив оттуда всякое подобие сознания. Это было почти так. Просто… девушка была в глубокой прострации.

— Все закончилось, — наконец прошептала она спустя пару часов неподвижности.

И рассмеялась. Истерично, срываясь на визг, слезы и хриплые стоны…